Я знаю, на что ты смотришь

Ну, все, сучка!

Ты доигралась!

5

Макс

Медленно закрываю дверь. Во мне просыпается разгневанный тигр. Поворачиваю голову, закрывая замок. Ева покачивается на носочках, кусая губы. Думает, будет весело? Мне да, а вот ей…

— Сладкий, ты что, обиделся? Я же любя, — хихикает она.

Разворачиваюсь полностью, не отпуская голубые насмешливые глаза. Ева приподнимает подбородок в своем безумном бесстрашии.

— И что теперь? Что будешь делать? — она продолжает меня выводить.

— То, чего ты добиваешься последние несколько дней.

Делаю первый шаг.

Она стоит на месте.

Второй.

Ведьма не двигается.

— Уложу тебя в постель, — рычу я, перекидывая ее через плечо.

Бросаю смеющуюся идиотку на кровать и накрываю одеялом с головой, заворачивая, точно гигантскую шаурму. Она брыкается, не переставая хохотать, и умудряется свалить меня с ног и влезть сверху, скинув импровизированный лаваш.

— И кто кого уложил, сладкий? — говорит она, наклоняясь к моему лицу. — Любишь, когда девушка сверху?

— Нет!

Меняю наше положение, опрокидывая ее на спину. Она сжимает бедра, сцепляя ступни за моей спиной. Не сдается, стерва. Чувствую в пальцах ее мягкие тонкие волосы. Наши дыхания сталкиваются, веки становятся такими тяжелыми. Чувства берут верх, заставляя склонить голову, и оставляют лишь сантиметр безопасности между нашими губами.

Бью ей в лоб своим. Не больно, но должно быть обидно. Сжимаю зубы, выстраивая мысленно баррикады между нами. Ева хмурится, сжимая мои плечи.

— Почему? — спрашивает она. — Что во мне не так? Я не прошу тебя жениться или еще о какой-то фигне. Нам будет просто хорошо… У меня есть презервативы, если ты волнуешься о…

— Какая же ты все-таки дура, — тяжело вздыхаю, собираясь подняться и уйти, но Ева вцепляется в меня, точно обезьянка в ветку.

— Нет! — твердо заявляет она, не желая меня отпускать. — На этот раз…

— Ни в этот раз, ни в какой-либо другой…

Сверлим друг друга взглядами. Она в своем обычном превосходстве, а я с арктическим холодом нежелания мараться.

— Один поцелуй. Если после него ты все-таки скажешь мне нет, то я отстану.

— Ты ставишь мне условия?

— Да! — усмехается она. — Иначе я устрою тебе такое веселье, что будешь готов трахнуть даже Гошу, лишь бы я угомонилась."

"Что-то мне подсказывает, что она действительно способна на это. Черт! Ну, за что мне этот гемор магический? Да и похер! Один поцелуй. Я выдержу, и она, наконец, отъебется. Тем более, что он не первый, да и мы уже перешагнули черту куда более интимную, чем обычные поцелуи.

— Ладно… Валяй, — спокойно отвечаю я, чем злю белобрысую ебанашку еще больше.

Как же больно падать с вершины, на которую ты возвел себя сам. Учитывая, что и прыгнул ты тоже по своей воле.

Ева прищуривается и толкает меня назад. Заставляет сесть на кровати, а сама занимает место напротив.