Я заберу у тебя ребенка (СИ)

Воспоминания об этой дикой штучке сейчас совсем ни к чему, и я усилием воли отодвигаю их за горизонт. Пока я разглядывал девочек, бабушка и дедушка подошли к ним ближе, а Диляра продолжала опираться на стол, как будто была не в состоянии сдвинуться с места.

Понимаю свою ответственность, как ее мужа, и с внутренним стоном поднимаюсь и подхожу к ней, слегка приобнимая за плечи. Она по привычке нервно дергается, будто ей неприятны прикосновения. Хотя, по моим ощущениям, она жутко напугана.

Чего же она так боится? Или это естественное для момента волнение? Замечаю, что Диляра искусала бескровные губы и не может выдавить из себя ни слова.

— Как ты ее нашел на самом деле? — спрашивает вполголоса, сквозь зубы, пока девочки что-то воодушевленно рассказывают старшим.

— Что значит «на самом деле», Диляр? — смотрю на нее хмурым взглядом. — Ты в чем-то меня подозреваешь? Или хочешь что-то рассказать? Чем тебя не удовлетворил мой ответ о лагере?

— Это странно, Арслан, все это странно… — только и может вымолвить жена. — Где ее мать? Когда она приедет?

— Она не войдет в этом дом, я позабочусь. Обещаю тебе. Охрана предупреждена. Она не сможет забрать нашу дочку, — делаю упор на этом слове и вспоминаю, как дикой волчицей, бьющейся за своего детеныша, боролась за Альбину ее приемная мать. Даже сейчас, в совершенно неприемлемой для этого обстановке, по телу проносится жар. Белобрысая зараза крепко засела в мозгах и не покидает мыслей.

А вот Диляра будто бы равнодушна к девочкам, больше озабочена формальностями и безопасностью. Даже не обняла дочку, та тоже не проявляет особых эмоций по поводу того, что родная мать находится в комнате. Я представлял себе, что она подбежит и будет рассказывать, что встретила сестру в лагере. Именно так было и со мной, моя девочка впервые неслась ко мне навстречу с широко распахнутыми счастливыми глазами."

"А теперь на нее словно надет тяжелый панцирь, не дающий даже толком пошевелиться. И ведь никто ничего особенного не видит в том, что малышка тиха и неподвижна, потому что для Зарины это привычное поведение. Но я уже узнал ее другой, поэтому хочу снова увидеть свою маленькую счастливую Зарину.

Но, вероятно, это случится не в присутствии жены и ее родителей.

— Где ты был, Арслан? — Диляра смотрит на меня подозрительным взглядом, осматривая с ног до головы.

— Что? Ты о чем? — настораживаюсь.

— Я тебе звонила, телефон вне зоны доступа. И что за машина, на которой ты приехал? Где твоя? — продолжает сыпать вопросами, желая вывести меня на чистую воду. — Что у тебя за ссадина на голове? — замечает только сейчас, поднимая руку, но потом сжимая пальцы в кулак и брезгливо морщась.

«Не хочу тебя касаться теперь!!!» — вспоминаю ее истерику по поводу новостей о моих многочисленных изменах.