Я за Тобой

— Онора, я настаиваю. Нам долго ещё идти, — произнёс Анрэй.

— Но у меня всё в порядке, — воскликнула та, продолжая пятится назад. Одно неловкое движение, и она наступила видимо на беспокоившую её ногу — вскрикнула.

— Ну вот, я же говорила, — довольно пробормотала травница, в одно мгновение очутившись рядом с Онорой, — ногу покажи.

Та с ненавистью во взгляде, чуть ли не пиная травницу, вскинула ногу и прошипела:

— Смотри…

Анрэй, ничего не понимая, с недоумением смотрел на девушку и кажется был удивлён такой реакции.

— Что это? Укус? Он загноился, — произнесла Кара, нажимая на покрасневшую и раздутую ногу, — кто тебя так и за что?

— Никто, я поранилась о ветку, — тут же отреагировала девушка, продолжая недовольно зыркать в сторону травницы.

— Онора, это укус, — вмешался в разговор Анрэй, присев рядом с травницей, разглядывая рану.

— Нет, это царапина, — упрямо твердила эта мамзель."

"— Онора, я знаю, что произошло. Тебя укусил Феликс, когда ты столкнула Куинн с обрыва, — рыкнула Кара, поднимаясь, ей надоело слушать это бред, — тебя боги наказывают, твоя нога сгниёт и, если не сознаешься, проклятие пойдёт выше и доберётся до головы.

— Что?! Куинн? Это правда? — нахмурив брови, спросил Анрэй.

— Да, я успела увидеть её.

— Она врёт! Я даже не подходила к ней близко! — возразила девица, приближаясь к мужчине. Феликс вновь зарычал, заметив её движение.

— Почему ты не сказала? Там в туате? — мрачно спросил муж.

— Мне сказала, — проговорила, появившаяся Дерин. Услышав её голос, я огляделась, наша перепалка собрала зрителей и теперь они с интересом смотрели, чем всё это закончится.

— Убери пса, — вскрикнула мамзель, отодвигаясь от меня чуть дальше, — он бешеный.

— Почему? — не обращая внимание на Онору, муж повторил свой вопрос.

— А ты бы мне поверил? — вырвалось у меня, — кто бы мне поверил?

Анрэй опустив глаза, промолчал. На лице у Оноры застыла торжествующая улыбка.

— Так откуда у тебя укус? И почему эта доходяга стал так бросаться на тебя? — строго спросил Анрэй, после непродолжительной паузы.

— Это царапина, а пёс просто бешеный, — ответила Онора, и помолчав добавила, — Анрэй ты же знаешь, я… она специально делает так, чтобы рассорить нас.

— Ты лжёшь, Онора я могу отличить укус от царапины, — возразил муж, едва взглянув на неё.

— Нет, это царапина, — стояла на своём девушка, с ненавистью смотрев то на меня, но на Феликса.

— В тот день, Онора в доме риага набросилась на Куинн, собака не дала, — сообщил женский голос.

— А ещё кричала, что Дара ей ничего не сделает, — подхватил следующий.

Я с удивлением искала среди собравшейся толпы, тех, кто решил поддержать меня, но не находила.

— Это так? — спросила Анрэй, — Онора?

— Да! — крикнула девушка, — она виновата, что ты покинул туат.