Я выбрал путь смерти

Осипов, лежавший, как и Махновский, на верхней полке, переложил свою подушку от окна к стенке у двери и обратился к Махновскому с просьбой:

— Александр Георгиевич, рассказали бы нам, как вы воевали в Чечне.

— Да о чем тут говорить?

— Ну, хотя бы о том, как могло случиться, что вы в Чечне умудрились заболеть тифом и желтухой, — подключился к разговору Транквиллинов."

"— Подразделение, в котором я служил, считалось элитным в Чечне. И несмотря на это, снабженцы умудрялись неделями, месяцами не обеспечивать нас продовольствием. Мы были вынуждены есть лягушек, змей, кошек, собак. Вы должны иметь в виду, что кошки и собаки тоже питались чем попало. Возьмём тех же самых собак. Так вот, собаки поедали мертвечину, нападали на людей. Мы убивали и ели собак, у которых справок ветеринарных врачей о том, что они здоровые, не болеют бешенством, не людоеды, не было. Вот и подумайте теперь: откуда там мог быть здоровый солдат и каким было его психологическое состояние перед боем с дудаевцами?

— Не такая уж у нас бедная страна, чтобы не суметь обеспечить всем необходимым армейскую группировку в Чечне, — заявил с убеждённостью штатского человека Транквиллинов.

— Вы правы. Я уверен, что все требуемое выделялось правительством, но оно до нас не доходило в полном объёме, большей частью списывалось разными армейскими чиновниками. У них продукты, предназначенные нам на питание, «портились», на бумаге техника выходила из строя, а в реальности все разбазаривалось, растаскивалось, распродавалось. «КАМАЗы», якобы разбитые в Чечне, чиновники продавали по всему Северному Кавказу. И то же можно сказать о всей технике, а также об оружии и боеприпасах к нему.

— Вот, по-видимому, поэтому чеченцы вам там дали просраться, — вступил в беседу с Махновским Провоторов.

— Не иначе, Ваня, ты эту информацию получил с голубого экрана? — не вступая с ним в спор, поинтересовался Махновский.

— И из газет, журналов тоже, — сказал Провоторов.

— Я сам сколько ни смотрел телерепортажей из Чечни, ни разу не видел, чтобы показали пленного чеченца или как чеченцы мародёрствуют, как убивают мирных граждан только за то, что они славяне, как издеваются над трупами солдат. То, что наша официальная власть упустила сделать с помощью телевидения, чеченцы и их прихлебатели использовали в своих целях. У них пропагандистский аппарат был раскручен до высшего уровня. По телевидению страны показывали наших пленных солдат, принявших мусульманство, которые хвалили чеченцев за хорошие условия содержания в плену. А о том, что чеченцы истребление славян возвели в свою официальную политику, ни у кого не нашлось ни времени, ни сил сказать во всеуслышание ни в средствах массовой информации, ни с телеэкрана.