Я выбрал путь смерти

Затем тот поинтересовался у следователя:

— Владимир Фёдорович, можно и мне кое-что узнать?

— Спрашивайте, отвечу, если смогу.

— Скажите, я и мои люди были заинтересованы в смерти водителя?

— Думаю, что нет.

— Я такого же мнения. Мне бы хотелось видеть его живым, чтобы узнать, кто заказал ему покушение на мою жизнь. Поэтому водителя убил тот человек, который не хотел, чтобы он попал в ваши руки и дал вам признательные показания. Подозревать моих людей в чем-то плохом равносильно тому, чтобы обвинять меня в умышленном причинении себе телесных повреждений.

— В логическом мышлении вам не откажешь.

— Олигофренов директорами банков не назначают. — Какую должность он занимает в коммерческом банке, Транквиллинов следователю не стал говорить, поскольку эти данные были отражены на первой странице протокола допроса. — Кстати, как я понимаю, вам не представилось возможности допросить Ксению?

— Почему вы так решили?

— Мои телохранители видели её вчера днём покидающей санаторий за час до того, как им стало известно об аварии, — сообщил Транквиллинов.

— Очень хорошо, что вы об этом сказали. Допрашивая ваших телохранителей, я обязательно заострю своё внимание на данном факте.

— Как видите, Владимир Фёдорович, я стараюсь во всем вам помогать.

— Что ж, приятно, что мы нашли общий язык.

— Вы у меня вызываете симпатию. С учётом новых фактов вам не кажется, что я стал жертвой не просто водителя, совершившего по неосторожности ДТП, а организованной банды, желающей почему-то моей смерти?

— Ваши опасения не лишены оснований.

— В связи с этим могу я вас попросить обеспечить меня круглосуточной охраной?

— Такое у нас не практикуется. Я передам своему начальнику о вашей просьбе, но сразу же заверяю вас, что она останется без удовлетворения.

— Тогда считайте, что я вас ни о чем не просил. Зачем без толку беспокоить тех, кто тебе не думает идти навстречу?

Золкин понимал, что его слова никак не могут удовлетворить Транквиллинова и тот остался им недоволен. Чтобы не выглядеть в глазах пострадавшего совсем бесчувственным человеком, он предложил:

— Если вам нужна какая-либо помощь, я с удовольствием вам её окажу, если это будет в моих силах.

— У меня есть просьба личного характера. После того как врач выпишет меня из больницы и я вам больше не понадоблюсь, мы с моими людьми поездом, в купейном вагоне, отправимся домой. Мне хотелось бы, чтобы никто не видел нашей посадки в поезд.

— То есть вы хотите сесть в своё купе раньше, чем будет объявлено о посадке?

— Да. Я хочу, чтобы никто в городе не знал о моем отъезде и не видел нашей посадки.

— Что ж, это я могу вам обещать.

Во время их беседы в палату зашёл Провоторов. Увидев его, Транквиллинов поинтересовался:

— Иван Сергеевич, ты один пришёл?

— Нет.