Я выбираю...

— Тогда что?

Ваня тряхнул головой, но пояснять не стал.

— Скажи уже, я же вижу, что ты недоволен.

— Лиз, у тебя был сложный день и… и я не хочу ещё больше усложнять его.

— Думаю, я готова рискнуть, — мне уже порядком надоели все наши с ним недомолвки.

Чемезов сомневался. И я начала раздражаться.

— Останови.

Меня проигнорировали.

— Останови!

Ваня резко крутанул руль, и мы оказались на какой-то парковке. Я выскочила из машины, и Чемезову пришлось меня нагонять.

— Если ревнуешь, так и скажи!

— Да не ревную я! — кричал он мне.

— Тогда что? Ваня, как понять тебя? Ещё с утра всё было нормально, а после того, как я вышла от… мамы… ты заботишься обо мне, но при этом что-то не договариваешь. И вот, после Влада ты даже посмотреть на меня не можешь!

— Да не ревную я тебя к Державину! Я… я просто не знаю, как реагировать на всех этих твоих мужиков!

— Каких мужиков? — застонала я.

Ваня выдохнул, и попытался взлохматить свои волосы.

— Я сегодня с утра у Даши был, чтобы точки расставить. И она мне видео показала, где ты с Бодлером целовалась.

Так вот где у нас мамонт зарыт был. Странно, что он мне это ещё сразу всё не выдал. Даже не так, странно, что он вообще за мной приехал, а не сразу вычеркнул меня из своей жизни.

— Целовалась или он меня поцеловал?!

Чемезов замялся.

— Поцеловал…

— Замечательно! — вскинула я руки к небу. — Просто замечательно. И что ты думаешь? Что у меня что-то с Димой? И что после это всего я ночевала с тобой в одном номере?!

Как же зла я была в этот момент! Опять, опять эти обвинения… Из раза в раз одно и тоже. Даже больно не было. Может мне, правда, начать спать со всеми подряд? Тогда хоть люди разочаровываться зря не будут.

Ваня молчал, нервно играя желваками, и я сорвалась. Развернулась и со всего психу ударила его в грудь, он не шелохнулся, чем добил меня окончательно. Я била его в грудь, пыталась царапать, что-то кричала, не замечая, как злые слёзы заливают мои щёки.



Даже не знаю, когда ему это надоело, но в один момент он перехватил меня рукой и с силой прижал к себе, да так сильно, что мне показалось, что у меня кости хрустнули. Но меня это мало упокоило, я всё брыкалась и вырывалась, из-за чего Ване пришлось меня поцеловать. Сильно, жёстко, властно… и до одури сладко. Мы целовались бесконечно много, пока наше дыхание не сбилось в конец, я даже пару раз его укусила, из-за чего он только довольно хмыкал.

Каким-то чудом смогли оторваться друг от друга. Ванька уткнулся своим лбом в мой, и долго всматривался мне в глаза, ища ответы на какие-то свои вопросы. А потом заговорил, быстро-быстро, обдавая моё лицо своим горячим дыханием.

— Я не ревную. Вернее всячески стараюсь. Просто вокруг тебя столько людей, что просто не представляю, что именно я могу тебе такого дать.