Я выбираю...

Надо было встать и уйти, но я остался, взял телефон и с каменным лицом уставился на экран.

Сначала мне показалось, что там ничего не было, одна темнота. Но шипение, доносившееся из динамика, подсказывало, что видео запущено.

Потом на экране появились огни, видимо кто-то выше поднял телефон. В свете фонаря в окружение машин стояли двое. Лизу я узнал по её красной тряпке, именуемой одеждой, которое скорее привлекало к ней внимание, чем что-то скрывало. А вот Бодлера я признал скорее интуитивно, по тому как он держался перед ней. Сцену снимали издалека, поэтому я не мог видеть выражения их лиц, но воображение рисовало хищный и собственнический взгляд, которым Дмитрий буквально поедал Лизу. Насчёт неё мне казалось, что она должна улыбаться, обязательно заигрывающе и призывно. Они разговаривали, и мне было очень жаль, что ничего не слышно.

Происходящее мне не нравилось, но я догадывался, что главное впереди. Разозлился на охрану Бодлера, не могли они что ли заметить и оборвать съёмку, за что им в конце концов деньги платят?!

Дмитрий поднял руку и коснулся Лизиной щеки, я напрягся, с силой сжав зубы. Они ещё о чём-то поговорили, после чего он её поцеловал. Не могло быть никакой двойственности и неправильности понимания как в прошлый раз. Он её поцеловал. Она ему позволила.

Только Дашкино присутствие и её победный взгляд не давали мне взорваться. Как же мне хотелось сейчас кинуть этот телефон в стенку, чтобы потом наблюдать как Лиза с Бодлером разлетаются на сотни кусочков.

— Ну как? — спросили у меня.

Я не ответил. Просто встал и пошёл к выходу. Мне надо было срочно закурить. Или выпить. Или свернуть кому-нибудь шею. И желательно срочно. Иначе я просто сдохну от переполняющих меня эмоций.

Даша засеменила за мной.

— Зачем ты ей нужен, Ванечка? — почти визжала она. — У неё же олигарх есть. У неё же Москва! У неё всё есть! И только ты ей не нужен.

Она специально била по самому больному, но понимание этого не спасало. Я злобно глянул на Дашку и она истерично засмеялась, от чего на её глазах выступили слёзы. Какая же всё-таки сука эта жизнь.

Я выкурил почти треть пачки, пока более или менее смог взять себя в руки. Думать получалось плохо, потому что на каждую относительно дельную мысль приходились тонны говна. Я честно пытался рассуждать, думать, но в голове так и зудело. И только ты ей не нужен.

Мог найти сколько угодно подтверждений этим словам… Лиза же мне ничего не обещала, мы и не дошли до этой части. Так и не поговорили о том, что вообще ждёт нас в будущем. Казалось, что сначало необходимо разобраться с прошлым, а уже потом дойти до нас. А есть ли это самое нас? Это я как дурак, размечтался. И чтоб я не говорил Даше, я реально уже начинал надеяться хоть на что-то.