Я выбираю быть твоей

Уже жалею. Особенно о том, что не могу даже пальцем пошевелить. А так бы огрела чем-то, подонка такого. Вместо этого приходится сидеть на пассажирском сидении летящей в неизвестном направлении карноты, и, превозмогая лишающую воли дурноту, ждать, когда ко мне вернётся контроль над собственным телом. И при этом быть даже не в состоянии голову повернуть, чтобы увидеть, где мы находимся. Хотя, это всё равно мне бы ничем не помогло. Города я всё равно не знаю.

Не знаю почему, но после краткой вечности, когда душа ушла в пятки, а воображение уже вовсю рисовало картинку меня размазанной по асфальту — хотя чёрт его знает, что там внизу и похоже ли оно на асфальт — страх перед моим похитителем как-то перегорел весь. Внутри теперь клокочет самая настоящая злость. И вот она-то мне здорово помогает сопротивляться ментальному воздействию. А мозг лихорадочно пытается найти способ если не спастись самостоятельно, то хотя бы суметь связаться с Роком. Тогда этот нахал безбашенный точно пожалеет. Впрочем, и так пожалеет. В том, что муж меня найдёт, я даже не сомневаюсь. Это же Рок.

— А ты молодец, хорошо держишься, — закладывая крутой вираж, продолжает наше одностороннее общение вишнёвоглазый гад. Странно, но только его глаза я и могу рассмотреть. Остальные черты как-то смазываются в моём восприятии, превращаясь в смутный образ. Наверняка, опять какие-то очередные куардовские штучки. — И внушение моё почти преодолела. Здесь явно не только в блоках Шаера дело, да? Сильная фуэнта. Лакомая. Не удивительно, что занагарские адамиры за тебя перегрызлись. Я тоже был бы не прочь такую отведать. Жаль, не встретил тебя раньше.

Адамиры? Значит ли это, что моё похищение заказал кто-то из них? Но кто, тогда?

Пару минут мужчина рядом со мной молчит и, кажется, напряжённо к чему-то прислушивается. А потом иронично хмыкает.

— Ну надо же. Вот и император вернулся. Перемещения из территтории Соледы перекрыл. Как хорошо, что они с Шаера не моя проблема. Правда, малышка?

Ещё и издевается, сволочь такая. А я даже послать его не могу. Язык ещё не слушается.

— Не смотри на меня так страстно, маленькая фуэнта. На тебя и так уже слишком много желающих, — подмигивает он мне, скаля белоснежные зубы с чуть выдающимися клыками.

Вот гад куардистый.

Больше ничего нового от своего похитителя я не успеваю узнать, потому что мы, кажется, прибываем на место. По крайней мере, его летающая машинка замедляется и совершенно точно идёт на снижение. Хорошо, что не придётся опять куда-нибудь прыгать.

А спустя уже несколько минут, меня извлекают из карноты, которая влетела в какой-то то ли ангар, то ли гараж, да там и приземлилась.