Я выбираю быть твоей

Почему? Не доверяешь мне? — спрашивает с горечью в голосе, заглядывая в глаза. — Что тебя тревожит? Чего ты боишься? Почему чудишь? Объясни мне наконец, я ведь люблю тебя. У меня никого больше нет, и я не могу спокойно смотреть, как ты себя изводишь.

Чувствую, как к горлу подкатывает горький ком. Каждое её слово бьёт меня наотмашь. И чувство вины грызёт не меньше той самой пустоты. Но как ей объяснить, если я сама запуталась страшно?

— Прости меня. Я просто не знаю, что тебе говорить. Я не знаю, что со мной происходит. Всё перевернулось с ног на голову, и я уже не уверена, не сошла ли с ума, не стала ли… — сглатываю нервно, качая головой, боясь признавать. — Как мама.

Васька сжимает губы, стремительно подходит ко мне и просто обнимает.

— Расскажи мне. Мы же всегда были друг за друга. Вдвоём.

Она права. И я не должна была забывать об этом, погрязая в собственных страхах. И прятаться больше нет смысла. Мой рассказ получается не особо длинным. Я всё равно не в силах ни передать, ни объяснить, насколько не принадлежу себе в последнее время. Насколько я — не я. Словно кто-то влез бесцеремонно в мою голову, перемешав там всё в полный винегрет, стерев часть воспоминаний, заменив естественные реакции и порывы навязанными, чужими, не моими. Но я пытаюсь подобрать слова. Так, чтобы она поверила. Не посчитала двинутой. И про свои сны тоже говорю. И про зов. И про ощущение, будто из меня выкачивают все силы, которые уже на пределе. В конце концов Васька ошарашенно отодвигается от меня и смотрит, словно ищет подтверждение моей разумности.

— Так ты хочешь сказать, что эта арка тебя позвала?

Я неуверенно киваю.

— И тебе кажется, что твоему ребенку она нужна зачем-то?

Откуда ж я знаю? Сейчас, когда адреналин моего сумасшедшего забега схлынул, мысли прояснились и вся бредовость ситуации особенно видна.

Но меня по-прежнему безумно тянет шагнуть под каменный свод. Словно что-то нашёптывает, манит, успокаивает. Васька ведь шагала. И ничего не произошло. И со мной ничего страшного не случится. Ну что здесь такого? Отстраняюсь от сестры и осторожно приближаюсь к пугающему меня сооружению. Прикладываю ладонь к шероховатому камню. Несмотря на холодный осенний воздух, он тёплый. И будто живой. Бросаю взгляд на другую сторону… Васька ведь шагала… Ничего не будет… Я сделаю это и успокоюсь… Всего лишь шагну. Мне ведь этого так безумно хочется.

Лишь пересекая черту, понимаю, что снова не контролирую себя, что мною снова управляет неизвестная сила. Дёргаюсь обратно, но уже поздно. Моё тело будто прорывает невидимую и обжигающую неестественным липким холодом плёнку. Сделав резкий испуганный вдох, шарахаюсь назад, но налетаю спиной на твёрдую преграду там, где ничего не должно было быть.