Я все умею лучше! Бытовые будни королевского гарнизона

Я приняла как-то как должное все происходящее, а надо бы переспать с этой мыслью. Вдруг завтра накроет. Или я вообще в больнице очнусь? Да, маршал будет орать-лютовать, но, если честно, и черт с ним. Я чувствовала, что меня реально ведет, как будто я не спала несколько суток. Один день можно? Но только один. График отложу на завтра.

Продолжая себя успокаивать, что у меня форс-мажорная ситуация, что мне необходимо лечь и поспать, иначе все будет плохо, я разобрала форму, переоделась в синенькую пижамку — тоже форменную, штаны сошлись, но плотновато сели. Ничего, ткань такая, что растянется, а потом с тренировками и вовсе свободнее будет. У Аннет молодой организм, поменять питание, внести в распорядок дня упражнения… Нет, не буду сейчас об этом. И все остальное я отложила уже на потом. Плевать, что на улице еще ясный день. Надо будет — разбудят."

"Кровать оказалась на удивление удобной. Я поерзала, устраиваясь под одеялом. Белье новое, пахнет еще чем-то промышленным, а какая здесь промышленность-то вообще… Но на этой мысли меня вырубило окончательно.

И я так и осталась навсегда без понятия — будил ли меня кто, приходил ли или все вздохнули свободно — кот из дома, мыши в пляс. Последнее было весьма вероятно. Я спала, ничего мне не снилось, и, может, это у Аннет был такой здоровый и крепкий сон, а может, мне это было необходимо…

Но проснулась я, не сразу осознав, где я, кто я, что происходит. Была какая-то кутерьма — это я понимала. За убогим окошком метались пятна света и долбил не переставая гонг.

— Тревога! Боевая тревога! Боевая тревога!

Глава восьмая

Тревога? Это как?.. Откуда гонг? В моем сонном сознании не сразу сошлось — где я и что делаю, что это за комната. Но через тонкие двери уже доносились вопли и дружный топот ног, так что память вернулась быстро. Другой мир. Гарнизон. А я — лейтенант этого гарнизона! Пока сознание вяло обрабатывало информацию, тело резво перевернулось на бочок, заняло вертикальное положение и принялось собираться с очень даже основательной скоростью. Я старалась особо не вмешиваться в бессознательное. Раз полезное, так зачем портить такую привычку — что-то определенно нужное в королевском колледже Аннет привили. Пижама в два счета оказалась на кровати, потом впрыгнуть в штаны, впихнуть ноги в ботинки, запахнуть рубаху — и все это под мысленный счет разминки «раз-два-три-четыре». Вот так вот встретились две профдеформации. Ритм был хорош, его не сбил даже дробный стук в дверь.

— Что?! — я открыла стучащему уже при полном параде, то есть в одежде и при эполетах.

— Тревога, лейтенант! — отрапортовала Аттика — глаза заспанные, пуговицы криво застегнуты, шнурки в ботинках висят.

— Я поняла, что тревога, — поморщилась я, — ты шнурки завязывай и одновременно вводи меня в курс дела.