Я все умею лучше! Бытовые будни королевского гарнизона

Список спецпредметов стоял особняком: трансфигурация — зачет, твареведение — зачет, конструкты и руны — зачет, аэромантика — зачет, геомантика и пиромантика — тоже зачет, аквамантика — «три»… Я пожала плечами: неудивительно, что с такими сногсшибательными оценками офицер Гонзо тащится куда-то, скорее всего, на гражданку, к маме и папе, возможно, замуж… Меня передернуло. Удружила ты мне, офицер Гонзо, благодарю.

Разочарованно сунув диплом обратно в коробку, я откинулась на спинку сиденья. Карету в этот момент тряхнуло, и я подпрыгнула на подушках. Подсознание играло в какие-то нехорошие игры, могло бы подкинуть мне приключения, раз уж я — по одной из версий — все равно на койке лежу, но претензии предъявлять было некому. В моей ситуации, когда половина костей переломана и срослась часть из них кое-как, лучше лежать покорно, выполняя предписания врачей. Если игры разума были ни при чем и я оказалась в другом мире и в другом теле… я все-таки посмотрела, что еще есть в коробке: какие-то грамоты — я глянула мельком, немало подивившись: первое место по олимпиаде по геомантике, второе место по твареведению, и даты на них стояли разные. Год и месяц мне ничего не сказали, но, сличив их следом с датой, которая стояла на дипломе, я произвела нехитрые вычисления и поняла, что первое место по геомантике Аннет получила самое позднее год назад. Как она так умудрилась съехать в науках? И мышцы. Есть же. Я еще раз заглянула в диплом: физическая подготовка — «три»…

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Я быстро просмотрела остальные бумаги. Свидетельство о рождении: отец, мать, место рождения, год рождения. Аннет было двадцать три года — хороший возраст, только ума еще нет, но это у нее, мне, по идее, ума и опыта хватит. И последним я обнаружила документ, повергший меня в некоторое уныние.

Офицер Гонзо вовсе не бросила военную карьеру, а назначалась в приграничный королевский гарнизон сроком на семь лет. Может быть, иного и не предполагалось, но при слове «приграничный» я сразу подумала о лесе, злющих комарах и полном отсутствии нормальной инфраструктуры. Болота я уже успела увидеть и даже в них искупаться. В юности я обожала походы — костры и палатки, но ближе к своим зрелым годам зауважала комфорт и не стеснялась пользоваться солнцезащитными средствами и спреями от насекомых.

Будто в подтверждение моих опасений в окно влетела здоровенная муха и уселась под потолком. Я присмотрелась — что она будет делать, но что бы это ни было, другой мир или галлюцинации под наркозом, муха занялась ровно тем, что ей было положено: потирала лапки, готовилась сделать гадость и висела вниз головой.