Я все умею лучше! Бытовые будни королевского гарнизона

— А где взяли — да вон, в лесу, и кто будет просить деньги — муммины? Вы же не считаете, что они в курсе, насколько ценное их дерьмо?..

…А вот после этих моих слов разверзся ад.

Глава двадцать третья

Итак, в активе у меня было полно всего, а в пассиве — неудачи на любовном фронте, возможная депрессия на этом фоне, какое-то задание от отца и вопль маршала, который до сих пор стоял у меня в ушах.

Прошли уже сутки, и я на новой, идеальной просто площадке принимала поставку провизии, а ор оскорбленного до глубины души маршала словно только что утих:

— Вы собираетесь торговать дерьмом от имени королевского гарнизона?

Ну да, а что? Ведь деньги не пахнут. Я так и сказала, но в глазах маршала плескался священный ужас. Какие мы нежные, ну просто цветочек.

Но то ли он переспал с этой мыслью и смирился, то ли выключил эмоции и включил мозги, но с утра, после зарядки и завтрака, мы приступили к строительству площадки, а маршал и слова не сказал. Переобулся на лету, как говорят, а петушился-то, возмущался! И про честь державы упомянул, и про воинскую гордость, и про всякие гордости и достоинства, и про светлые образы… Эх, когда на кону начинают появляться деньги, идеализм быстро капитулирует.

Еда доехала тихо и мирно, ее никто не жрал, даже мухи не садились на бронезавров. Подтаяла маленько, но приняли мы в этот раз все четко, хотя кое-что Ким выкинул — есть уже было нельзя. Ну и то, что я скормила морлоку, мы тоже списали. Но пусть и не эталонно, пусть еще требовалось поработать, начало было положено и таким образом провизия впредь должна была доезжать до гарнизона. Магов-то у нас много — и аэромантов, и аквамантов, так пусть тренируются и работают на благо гарнизона!

Я, конечно, сделала внушение, что восемь часов, ладно еще ночь, но не тридцать же часов! Бронезавры все же не такие и медленные, не надо просто на ночевку устраиваться и спать до отвала. Видимо, практика «как доедем, так доедем» была в порядке вещей, так что дед со своей Летицией просто слегка халатно отнесся к своим обязанностям. Ну ясно, что он недоумевал, чего я так возмущаюсь. Все так делают, а ему нельзя?

Я приказала Киму внести дополнение в договор по срокам поставки.

После этого мы разбирали поставку на складе. Неужели и сейчас что-нибудь пропадет? Ким заверил, что в наше отсутствие никто ни на что не покушался. И-де-аль-но все. Как в учебнике. Это по факту, но были еще и бумаги.

Конечно, бумаги я истребовала под тем благовидным предлогом, что у меня претензии к сельчанам. Рейджи не то чтобы отдали мне их охотно, но и без особого сопротивления: надо так надо. Это смутило, но, может, там все было — не подкопаться, или они были вообще ни при чем.

Вот только папаня писал, что у меня расследование. Этим самым папой я могла прикрыться, если что.