Я все умею лучше! Бытовые будни королевского гарнизона

Свист не повторялся, мы живы, даже часть запасов осталась, но как-то мне все это не нравилось. Мягко сказано.

Глава двадцать вторая

Удивительно, но мы добрались и были целы, живы и здоровы. Меня потряхивало, но и только, и, конечно, спать мы так и не легли, даже не прикорнули, и явились в гарнизон под утро — крылоконям нужно было дать отдых. Страшненько, но… но. Сама виновата, корила я себя, подвергла риску и себя, и личный состав, и армейское имущество.

И все-таки: что это было? От голода, что ли, так морфировал морлок? Но если от голода, почему нас не сожрал?

Ему хватило еды, которую я ему кидала? Ха-ха, на нервах рассмеялась я. Да, вот и выяснила, кто у нас еду сжирает! Это же морлоки, кто же еще! Голодные морлоки! Подползают к складу и через окошко длинным языком слизывают часть продуктов.

Смех смехом… Шутки шутками. Но отметать какие-то идеи в сторону от того, что они смешными кажутся, я не собиралась. Все-таки в этом мире было еще много того, что я не знала или не могла понять."

"На посту при подъезде к гарнизону на нас посмотрели как на психов, но я проехала мимо с деревянной физиономией. Да, бледные как смерть, у всех глаза сумасшедшие, руки трясутся, кони трясутся… И что не так? Подумаешь, страху натерпелись! А мне надо было многое обмозговать, только вот в мыслях не было ничего, кроме «ма-моч-ки». И далекое «на этот раз пронесло».

Нам всем было ахово, нам требовался отдых. Хотя бы день. Я дала отдых всем, кроме Кима — ему я пообещала увольнительную после того, как еда приедет. Пока нужно было готовиться, и я сама рассчитывала принять самое активное участие. Надо же было посмотреть, что там и как, потому что не нравилось мне это, ох, как не нравилось!

Я даже казарму, почти готовую, оценить не смогла. Красиво! Ладно все так. Деревянные окна белели, кто-то краску или нечто подобное все же нашел. Все дыры замазаны. Фасад, увы, явно сделан непрофессионалами, но зато надежно и для себя. Все молодцы, всем спасибо. Что и как внутри, разглядеть не получилось, все еще дрыхли. Разве что дежурный на стене мне махнул в приветствии.

Прибывшие со мной запасники сразу рванули в ванную и туалеты, м-да, привести себя в порядок после такой поездочки надо было. А я поползла дальше — мимо рядов кроватей. Мои комнаты, естественно, пока никто особо не украшал, так, только стены повторно побелили и столярку поправили. А на остальное я распоряжений не оставляла.

— Привет, Пыль, и тебе доброе утро, — вяло сказала я кошке, та, сверкая глазищами, растеклась по подоконнику, еще раз подтверждая, что коты — это жидкость.

Лоток был не тронут, но я к этому уже привыкла. Ходит себе где-то на улице, ладно, пусть и ходит. Я сегодня со всем смирилась, так сказать. А вот вокруг мисок были следы пользования: и воду кошь плескала и, видимо, пила, и еду терзала.