Я все снесу, милый

Они им рожают сыновей, а взамен получают обеспеченную жизнь. Вроде бы все довольны. Девушки в конечном счете приобретают то, к чему привыкли и стремились – будущее и безбедное существование. Мрассы получают ребенка. А вот тут и образовывается эмоциональный коллапс! Почему, думаешь, мрассы в большинстве своем вырастают высокомерными? Да потому, что не знают материнской любви! Никто в детстве их не прижимал к груди. Никто не дул на ободранную коленку. Никто не читал сказок на ночь.

В глазах защипало. И Зое пришлось несколько раз моргнуть, чтобы не расплакаться. С ее эмоциональным фоном тоже не все в порядке.

– Я вас поняла, – негромко сказала она. – Никогда не рассматривала жизнь мрассов с этой стороны.

– А ты рассмотри.

– А Юлиана мать растила?"

"– Первые годы нет. Потом сама постучалась в дверь и попросилась остаться. Отец господина Юлиана был еще тем… тяжелым человеком. Но Вера нашла к нему подход. Смирила гордость ради того, чтобы быть рядом с сыном. Ее поселили в домике для гостей, но она в нем лишь ночевала. Все время проводила с сыном.

Больше говорить Зоя была не в состоянии. На ватных ногах поднялась и пробормотала:

– Я пойду. Отдохну. Спасибо за чай.

– Конечно-конечно, ступай.

Зоя кивнула и направилась к себе в спальню.

О чем она думала, когда раздевалась и принимала душ?

О многом.

О себе.

О Юлиане.

Об их будущем.

О предрассудках и вспыльчивости. О гордости.

Хотелось плакать. И сильно.

Дура! Дура! Дура!..

* * *Ужинала Зоя в одиночестве.

Натис с ничего не выражающим лицом сообщила, что господин Юлиан отлучился. Ни «как поживаете?», ни «как отдохнули?» от управляющей не последовало. Да Зоя и не ждала сердечности от этой женщины. Странная она какая-то. Всегда замкнутая. Не улыбнется, не проявит никаких эмоций, кроме раздражения. Почему Юлиан ее держит?

После разговора с Алисией Зоя стала присматриваться к обслуживающему персоналу. Заметила, что в основном это приятные люди, готовые идти на контакт. Да, они строго придерживались субординации. Говорили сдержанно, строго по делу. Но глаза выдавали в них людей, довольных жизнью и работой.

Дан появился ближе к ночи.

– Как самочувствие?

Зоя вздрогнула от неожиданности. Она входила в комнату после ужина, который запихнула в себя едва ли не силой. Надо было поесть, потому и ела.

– Быстро тебя транспортировали.

– Не слышу энтузиазма в голосе.

– Дан, я что-то устала.

– Морально?

Зоя скривила губы.

– Будь ты человеком, цены бы тебе не было с твоей проницательностью.

– Если устала, ложись спать.

– А вдруг кошмары приснятся?

– Тогда ложись спать в комнате многоуважаемого мрасса.

– Ага. Он вернется непонятно откуда, а в его кровати сюрприз в виде меня. Весело будет!

Кстати, а почему он задерживается? Зоя вышла на балкон и вцепилась в перила.