Я все еще не царь. Книга XXVI

Они работают на автомате, защищая меня и не давая даже прикоснуться ко мне.

— Ага, — кивнул Пушкин и моментально исчез из поля видимости.

Появившись ровно под Сашей, он положил ладони на землю. Гравитация усилилась до такой силы, что образовалась огромная яма, в которую начала заливаться вода из моря.

— Ты думаешь, эти фокусы меня остановят?

— А я только начал! — рассмеялся Пушкин.

Он отскочил, и Есенина против его воли прибило к земле.

— О! Неплохо! — он начал медленно вставать, но в него уже летел молот. — Бесполезно!

Перед ним разорвалось пространство и молот пропал в пустоте.

— Ты ничего не сможешь сделать! — Есенин дернулся и тут же пропал, появившись в паре сотнях метра от побережья. — Давай, ты же так защищаешь своих людей.

— Дурак! — зарычал Пушкин. — Ты уже проиграл.

Он быстро переместился к Есенину. Вокруг начали появляться вспышки от заклинаний. У Пушкина в основном это были шары, у Есенина молнии и разрезы пространства.

— Скучно, — вздохнул Есенин и переместился в зону удара Пушкина.

Оба перешли в рукопашный бой. Они постепенно смещались к городу, разрушая одно здание за другим.

— Это конец, Александр Сергеевич, — Есенин спокойно отбил два удара и схватил Пушкина за шею, затем швырнул в землю, кинув вслед копье пустоты.

В городе звучали сирены об эвакуации. Часы на главной площади отбивали полдень."

"— Заносчивый юнец! — от избытка энергии здания начали падать, а там где упал Пушкин, прогремел взрыв.

В кратере стоял Александр Сергеевич. Его тело полыхало голубым огнем.

— Я всегда буду первым!

Есенин расплылся в улыбке и полетел на врага. Пушкин поднял руку и медленно провел по воздуху.

— Прощай, Саша…

Глубокий порез от плеча до пояса располовинил Есенина и прибил к земле.

— Полдень — мое время! — грозно произнес Пушкин.

«Что-то не так» — неожиданно промелькнуло в голове у Александра Сергеевича.

Пыль еще не осела и раздался только голос:

— Старые техники, которые передаются из поколение в поколение, хороши тем, что они сильны. Ты отлично научился владеть своей предрасположенностью. Вот только никто не умеет противостоять техникам, которые перешли за грань. Слияние черного и белого порождает множество оттенков.

Пыль осела. Саша стоял полностью невредимый.

— Интересно, — улыбнулся Пушкин. — Тогда и я покажу тебе свою лучшую технику!

Есенин выставил руку вперед, и две предрасположенности начали смешиваться, образуя серую материю.

Пушкин же вспыхнул с новой силой. За его спиной появились тысячи светящихся столбов.

«Я победил» — подумал Пушкин.

* * *Когда на место взрыва прибыл отряд князя Чехова, они обнаружили, что весь город стерт с лица земли. Большая часть суши уничтожена. Пушкин лежал на земле.