Я все еще граф. Книга IX (СИ)

Дункан к этому времени успокоила Сашу, и тот наблюдал за тем, как царевна опускала с небес на землю зазевавшегося работника. Признаюсь, мне тоже это доставляло удовольствие. Каким бы сильным не был человек, если ты не сильнейший, то к тебе будут относиться как к остальным. Екатерина на голову сильнее всех присутствующих. Если не магически, то уж точно в правовом плане. Как говорится: животные равны, но есть и равнее.

Ульрих со всей вежливостью, на которую он был способен, подошел к Саше.

— Александр Сергеевич Есенин, старший сын князя Сергея Александровича Есенина… — дальше он перечислил базовую информацию о нем и о посещении Северной Империи, а затем задал дежурные вопросы: «зачем прибыли» и «на сколько дней», а потом странные: «как вы относитесь к местной форме власти?» и «какой ваш любимый день года?»

Саша же отвечал максимально вразнобой. Прибыл он на экскурсию, на полгода, да и уж местная власть ему до лампочки, а любимый день был четверг. Ульрих хлопал глазами, но задавать уточняющие вопросы боялся. Все же злить Екатерину он не хотел.

Дальше подошла очередь Дункан. Он зачитал всем известные факты про нее, упомянув, что ее родители приемные. Интересненько.

Айседора отвечала максимально коротко. Так что с ней тоже быстро закончили.

А вот со мной им пришлось повозиться. То ли их разведка только недавно начала отрабатывать свои деньги, то ли они еще не до конца наладили систему сбора информации.

— А вы у нас… Кузнецов Михаил. Барон… последний из рода Кузнецовых, студент КИИМа. — начал читать он с бумажки.

— Не верно, — вздохнул я. — Я граф.

— Ага… уже граф, надо же, — пробормотал он, записывая новую информацию.

Дальше вопросы были примерно такие же, как у остальных. Они оказались в курсе питомца Болванчика и то, что я победил во Всероссийской Универсиаде.

— Не могли бы вы показать питомца? — с натянутой улыбкой попросил Ульрих.

— Разумеется, — достал я из кармана круглую голову Болванчика, которая окрасилась как арбуз. Хех, даже смешно.

— Эм… вы уверены? — приподнял бровь мужчина и потыкал ручкой в шарик. — Разве это может быть питомцем?

— Вполне. — кивнул я. — Он совсем недавно научился двигаться. Смотрите.

И в качестве подтверждения шарик сам начал кататься по ладони таким манером, словно он прилагает большие усилия.

Видимо, это не особо впечатлило Ульриха, и он что-то зачеркнул в документе и оставил меня.

— Прошу буквально несколько минут, и вас пригласят в автомобиль. — Он одарил нас очередным поклоном и вышел."

"— А это ты ловко придумал со своим питомцем, я даже сначала и не понял! — засмеялся Есенин. Катя с Дункан тоже улыбнулись.

— Хоть у кого-то должен остаться эффект неожиданности, — улыбнулся я.

Дункан опять грелась у камина, стараясь не дрожать.