Я все еще царь. Книга XXXI

Там не будет этих клеток, но будут новые испытания. Будите учиться жить в новом мире. В моем мире! Я же постараюсь дать вам все, чтобы вы чувствовали себя не так, как сейчас!

Многие смотрели на меня с сомнением. Были и те, кто отвернулся.

— И второй вариант. Вы остаетесь тут. Принимаете эти стены, как должное. Эти клетки, цепи, как часть себя, до конца жизни. Будете жить, пока ваше тело окончательно не ослабнет и медленно не умрет. Так и не узнав ничего, кроме страха и покорности! Кто готов пойти со мной?

В зале повисла тишина. Она держалась слишком долго, как мне показалось. Но первым я услышал слабый стук в клетку. Это были небольшие существа, похожие на пушистые шарики с антеннами.

За ними начали кричать и другие заключенные.

— Лора. Открой все клетки.

Болванчик разлетелся, срывая замки. Решетки отодвигались. Многие с опаской выглядывали наружу.

— Кто боится, или хочет остаться, можете не выходить. Остальные, прошу следовать за мной. Нам надо поторопиться."

"Как я и думал, ни один из заключенных не остался. Все начали вылезать. Те, кто посильнее, помогали слабым или маленьким существам. Хоть это и были представители разных рас и миров, за те долгие годы, что они тут провели, все успели сдружиться на фоне одного горя. Теперь же они были свободны. И я планировал забрать их с собой. Что-то мне подсказывало, что после того, как Нечто узнает, что на его базе нет кристаллов, он сильно расстроится, и под раздачу может попасть кто угодно.

— Сколько их? — спросил я.

— Тысяча пятьсот голов, — ответила Лора.

Григорий же стоял с выпучеными глазами и не понимал, что происходит.

— Закрой варежку, а то муха залетит, — проходя мимо него, прикрыл его рот.

— Но как же мы их заберем с собой? — не понял он.

— В смысле как? — удивился я. — Ты сам сказал, что я могу выбирать, какого размера и сколько существ можно переместить в метеорит. Верно? Ну так вот. Почему бы не засунуть всех в один?

— Но это же…

— Безумие, я знаю, но оглянись, мы уже сделали много чего безумного.

Огромная толпа рабов двигалась за нами. Болванчик был в конце и помогал тем, кто был мал или слаб, а также следил за тем, чтобы никто не потерялся.

Я же пробивал нам дорогу.

Когда мы добрались до той самой комнаты, и я открыл дверь, то увидел странную картину. Богдан сидит где-то в дальнем углу, в его лапах мертвый монстр, от которого он отрывает головы.

— Кажется, не вырастут, — тут он увидел меня, вскочил и убрал остатки твари за спину, как будто сделал что-то непотребное. — Ой, Миша!

— Так, ну что, — я повернулся к Григорию, — показывай, как настраивать этот прибор.

Он кивнул и пошел к столбам у стен. Я же проверил, где сейчас Любавка.

— Я почти на месте, — ответила она.

— Умница, жди моего сигнала и призывай метеорит. И предупреждаю, он будет очень большой.