Я вернусь (СИ)

Чего? Что она скопытится в его доме? Не успел вывезти куда подальше? Сволочь без души! Не дождешься! И как он узнал, что она чем-то напугана? Обещав себе подумать об этом позже, она, с усилием взяв себя в руки, проговорила испуганным голосом:

— Я хотела попить воды и пошла искать кухню, а тут в коридоре увидела мышь! О, Рэм она была ужасная и я побежала. — оставалось надеяться, что в этом мире есть мыши, и они такие же мерзкие, как и везде.

— Мышь? — он кажется даже не поверил, помолчал, а затем облегчено выдохнул и притянул ее к себе, крепко сжимая в объятиях. — Мышь! Всего лишь мышь. Я лично переверну этот дом вверх дном и уничтожу каждую мышь, а заодно и всех пауков, и жучков и всех, кого смогу найти. Они больше не посмеют пугать мою девочку.

Он отстранился и, все еще держа ее в объятиях, поцеловал быстрым, но таким нежным поцелуем, что у Кристины защипало в глазах. Как он смотрит, как целует! Ну зачем? Зачем ему это? От его заботливого тона и нежности, звучащей в голосе, сердце болезненно сжалось. Так хотелось верить ему, броситься в объятия, спрятаться на широкой груди и слушать мерное биение его сердца. Ну почему ей так нравится этот мужчина? Даже после всего, что она узнала, она не может заставить себя ненавидеть его. Когда его нет рядом она может осыпать его проклятиями и искренне считать свою ненависть настоящей, но стоит ему вот так сжать ее в объятиях, как она готова верить каждому его слову. Мягкотелая идиотка! Так захотелось разрыдаться и уже не было сил сдерживаться, слезы потекли по щекам.

Рэм быстрым движением подхватил ее на руки и зашагал в ее комнату. Стянув с нее туфли и, сняв халат, уложил в кровать, все еще рыдающую Кристину. Заботливо подоткнул одеяло. Сам лег на одеяло сверху и обнял ее, нежно поглаживая по спине.

— Поплачь, это выходят накопившиеся переживания, отпусти их. У тебя все будет хорошо, я рядом. — он баюкал ее как маленького ребенка, нежно покачивая в своих сильных объятиях.

От его слов становилось только хуже. Это было странно, рыдать на груди человека, который повинен в твоих горестях. Но слезы требовали выхода и лились сплошным потоком, сил остановиться уже не было. Ничего, она и это переживет, а потом постарается найти выход. Он должен быть! А пока ей нужно пережить эту ночь и набраться сил. Когда она немного успокоилась, он сказал:

— Кристина, меня не будет пару дней, а когда вернусь, мы с тобой уедем, только ты и я. Я покажу тебе чудесное место, которое ты еще не видела, у меня есть прекрасный дом. Там кругом свежий воздух, говорят он целебный, ты поправишься. И все будет хорошо. Обязательно будет! Ты только береги себя. — говорил он, и ей показалось, что он больше убеждал себя, чем ее.

В душе проснулась злость.