Я вернусь

Да и было бы от чего злиться, видите ли, я ему не показала, как открывается сумка и что в ней есть. Рассказать про тайный карман пришлось, ну не говорить же, что сумка съела двести золотых. А может его задело то, что не поддалась на его провокации и угрозы (стребовать с меня супружеский долг) и не рассказала, откуда у меня все это?

Если бы не Даян, так бы и мучилась. В небольшом селении, где мы остановились на ночевку, он сводил меня к местной травнице. Как оказалось, травница — это не только сборы и настойки, у неё нашлись крема, духи и другие необходимые женщинам мелочи. Прикупив себе мазь, которую посоветовала мне эта замечательная женщина, я, выпроводив Даяна на улицу, купила еще кое-какие нужные травки, предотвращающие наступление женских дней месяца на два. А вдруг я здесь задержусь, не хотелось бы в антисанитарных условиях еще и с этими днями маяться. Жаль, больше двух месяцев нельзя, а то так удобно, плюс контрацептивный эффект. Не удержавшись, купила ароматного мыла себе и Аглии, крем для лица и рук, бальзам для волос и, самое главное, мазь, замедляющая рост волос. Последнее средство навело меня на мысль, что можно жить и в этом мире.

Так что я пребывала в благодушном настроении, у меня ничего не болело, спасибо травнице и Даяну. Путешествовать стало в разы приятнее, ночевать мы останавливались на постоялых дворах, кои находились как раз на расстоянии дневного перехода друг от друга, комнату Сайнур снимал одну на всех, чтоб не привлекать лишнего внимания.

Во время дневных переходов я изучала книгу, которая признавала только меня, а в остальных пуляла молниями. Из-за этой особенности я могла читать её, только когда Аглия ехала с Даяном или на привале, потому что эта противная книженция начинала реагировать, стоило подойти кому-нибудь ближе полутора метров. Кстати, книга была чем-то вроде учебника по магии для начинающих.

Все остальное время я либо разговаривала с детьми, либо как сейчас занималась наведением красоты. К Даяну у меня не получалось относиться иначе, хоть он и вел себя как взрослый, но в душе он был одиноким и потерянным ребенком. Тяжело знать, что когда-то у тебя была семья, возможно любящая, а потом это отняли, забрав память.

Солнце склонилось к западу, Лия за моей спиной мирно посапывала, вцепившись в меня руками. А я приводила в порядок ногти, маникюрный набор я с собой обычно не ношу, но пилочка найдется в сумочке у каждой женщины. Я уже почти закончила, когда Сайнур объявил привал и направил своего хайдака под сень деревьев, в сторону журчащего ручья. Странно, зачем привал, мы так до темноты не успеем доехать до постоялого двора.

— Сайнур, что-то случилось? С чего вдруг привал? — спросила я, как только мы спешились на полянке у ручья.