Я вас не звал!

– Это кстати, – я запустил руку в мешок с макаронами и извлек из него «Беретту» и магазины.

– Пап, это пистолет.

– Я вижу, что не огурец.

– Это иностранный пистолет, смотри.

Я нажал на кнопку фиксатора, поймал выпавший магазин. Дернул затвор – в патроннике пусто. Переключил несколько раз предохранитель, нажал спуск. Потом вставил магазин обратно, дослал патрон в патронник, поставил на предохранитель.

– Всё, пап, снимаешь с предохранителя, патрон уже дослан – можно стрелять. Понял, пап?

– Понял, только сейчас за очками схожу, и ты мне всё повторишь.

– Папка, вот ты шутник, а что сразу не сказал-то? Ну, неси очки, покажу. Хотя я надеюсь, тебе не придется его использовать, только на крайний случай, то есть угроза вашим жизням, и пожалуйста, будь благоразумен, не надо с шашкой на танки.

Я еще раз показал ему. Потом положил всё в целлофановый пакет и спрятал в поддон неработающего холодильника.

– Ты где его взял-то?

– Да обронил кто-то, я и подобрал.

– Уж не на ЗКП случайно обронил? А то я разговоры вчера слушал двух пэпээсников, когда ходил за бланком этим желтым для машины, что кто-то сначала варварски убил пятерых натовцев, машину им сжег, а когда подъехали остальные, еще четверо подорвалось на какой-то ловушке, один погиб вроде, офицер-связист важный. И что, мол, убивали тех пятерых картечью. Не слышал такого, не?

– Нет, пап, не слышал, я же говорил: мы фазана стреляли.

– Ну, фазана так фазана, – согласился отец и еле заметно улыбнулся.

– Пап, вы тут долго не рассиживайтесь, выбирайтесь на дачу свою, я подумал, что зиму проще пережить там будет: и печь есть, и дрова кругом, подвал, опять же, с заготовками. Да и мне к вам будет проще наведаться. Сашкину жену с дочкой берите и на двух машинах за один рейс уедете, места на даче хватит. Пистолет пусть здесь и остается, я вам на дачу позже подкину что-нибудь другое, и дай мне комплект ключей от вашей квартиры. Будете уезжать, оставьте еды для одного на пару дней.

– Езжай, сынок, и делай то, что должен. Мы с матерью справимся, а у вас с Сашкой, думаю, после ваших «фазанов» времени мало осталось, вам нельзя в городе находиться. Пока неразбериха, конечно, но скоро сообразят, не дураки, похоже.

– Ага, скажи, а на твоей работе, когда вы теплоизоляцию делали, всю эту изоляцию извели?

– Нет, что ты, там ее еще много на зимнем складе лежит, который около слесарного цеха.

– Ясно. Ну, бывай, – обнял отца и вышел.

Доехал до отцовской работы, ворота закрыты, постучал. Открыл сторож.

– А, Алексей, добрый день. Как отец? Он прислал? Случилось что?

– Петрович, много вопросов. Ты скажи, тут в конторе что вообще творится?

– А ничего, уже скоро неделю как все «на лопату» и нет никого, нам только поручили тут дежурить. Обещали едой заплатить, а чего мне эта еда, я «сухой» уже неделю.