Я украду твоё сердце (СИ)

Даже когда дядя во всеуслышание объявит о моей невиновности, это пятно никогда не смыть до конца. В глазах многих на мне навсегда будет клеймо предателя. И я собираюсь официально отречься от права наследования…

- Но это же не твоя вина! - восклицаю запальчиво. – Правда, ты мог мне объяснить всё, предупредить. Я бы поддержала. Я бы… не придумывала себе бесы знает что, пытаясь понять происходящее. Но даже твоё молчание… как истинная дочь дома Сэйнар, я могу понять, когда долг требует поступать так как нужно, а не так, как хочется. Мне плевать на все пятна на твоей репутации, пока я знаю правду. Что же касается отречения… поступай так, как считаешь правильным. Я поддержу тебя в любом решении. Лично для меня это вообще не имеет значения. Мне ты нужен, а не твой статус наследника. Только ты. А вот твоё решение уйти из моей жизни для меня немыслимо. Как ты мог?

- Я думал, что потерял тебя, - признаётся хрипло. Снова сжимает мои пальцы. - А вместе с тобой потерял и желание бороться за жизнь, в которой тебя не будет.

- Я, наверное, должна быть польщена. Но на самом деле я жутко злюсь каждый раз, когда думаю об этом, - поджимаю губы. – Не вздумай больше так делать. Никогда, слышишь? Ты теперь мой. - касаюсь кончиками пальцев его браслетов. - Мой навсегда. И должен жить!

- Твой, - согласно кивает Азим.

Ну вот и ладненько. Вот и договорились. Удовлетворённо вздохнув, я умолкаю. Азим тоже.

Хоть он и пытается бодриться, но я вижу, как сильно ему хочется спать. Веки потяжелели, взгляд сонный, движения вялые. Сейчас его организм вовсю сражается с чужой магией и вызванными ею последствиями. Так что все разговоры лучше отложить на потом.

- Тебе нужно отдохнуть, - глажу мужскую ладонь. – А я, наверное, пойду осмотрюсь в доме.

- Потом… осмотришься. Останься со мной, - ласково обхватывает он моё запястье. – Я бы хотел держать тебя в своих объятиях.

Знал бы он, как мне этого хочется. А впрочем… почему нет? Мы почти женаты. И уже спали в одной кровати. И не только спали.

- Хорошо, - киваю, приняв решение. И, не вставая, принимаюсь расстёгивать длинный ряд пуговичек на своём платье. Специально выбирала без шнуровки, чтобы справиться самостоятельно.

Взгляд Азима вспыхивает откровенной жаждой. Он даже просыпается по такому поводу, жадно следя за каждым моим движением, лаская глазами каждый сантиметр обнажающейся кожи.

Поведя плечами, я освобождаю их из плена ткани, вытягиваю руки из рукавов, выше пояса прикрытая теперь только камисолью.

- Ты самое прекрасное, что я видел в своей жизни, - хрипло бормочет Азим, облизывая пересохшие губы.

- Ты тоже очень красивый, - улыбаюсь смущённо, поднимаясь, чтобы раздеться до конца. – Даже сейчас, несмотря на истощённость, бледность и синяки под глазами. Придётся тебя хорошенько откормить.