Я убью тебя, милый

И еще. Зарубите себе на носу: если вы будете затрагивать материальные вопросы, то будете уволены без всяких предупреждений. Радуйтесь, что кислотой плеснули не в вас. И больше никаких замечаний по поводу нашей бывшей сотрудницы, иначе вас будут ждать большие неприятности.

Ведущий толкнул девочку вперед и ехидно улыбнулся:

— Покажите Катерине ее зеркало и ее одежду.

Как только за ним закрылась дверь, в гримерную постучался Пашка. Его выход был через несколько минут, поэтому одет он был в кожаные плавки, выгодно подчеркивающие немалых размеров член, и длинные черные кожаные сапоги. Женщины приходили в восторг, когда Пашка держался за шест и выдавал такие вещи, что, введи бы у нас полицию нравов, он бы точно загремел куда-нибудь на лесоповал. Даже жалко, что такой шикарный мужик пропадает зря!

— Пашка, ты что такой растерянный? — спросила я, припудривая нос.

— Дашуля, возникли непредвиденные обстоятельства. Кроме нас, никто не желает скидываться на Тамаркино лечение. Я всех оббежал Короче, каждый придумывает кучу отговорок, мол, деньги срочно нужны, лишних нет. Мне тоже деньги нужны и лишних никогда не было, но для Тамарки ничего не жалко. Мы же столько времени вместе работали. Я вот себе совсем недавно недорогую иномарку купил. Вроде бы живи и радуйся, а бензин так подскочил, что ездить не хочется. У меня от этих цен волосы дыбом встают. А они еще гады ползучие, каждый день накручивают. Крысы! Настоящие крысы! Для Тамарки денег пожалели! Дай Бог, чтобы у них здоровье было, но так нельзя.

— Ладно, Паша, спасибо, что вы со Славиком не поскупились. Сейчас всем трудно, и лишнего ни у кого нет. Только немного поднимешься, как наши правители — бах и цены поднимут, чтобы сидел с опущенной головой и знал свое место. С этими ценами не знаешь, как дальше жить. Просто для Тамарки — это святое. Спасибо еще раз.

— Мы завтра ее проведаем.

— Я тоже поеду.

Когда Пашка вышел, мы с Каролиной переключились на новенькую. Она уже сидела за Тамаркиным трюмо и рассматривала косметику. Затем брезгливо перетряхнула Тамаркину одежду и тоненьким голоском спросила:

— Мне теперь в этой одежде работать?

— В этой, — ответили мы в один голос.

— Терпеть не могу надевать одежду после кого-то, — сморщилась новенькая. — Надеюсь, ваша напарница ничем не болела?

— Болела, — язвительно ответила Каролина и закинула свои длинные ноги на трюмо.

— Чем?

— Бытовым сифилисом. Так что не советую тебе надевать ее костюм, а то заразишься.

Новенькая выпучила глаза и испуганно посмотрела на Каролину.

— Ты правду говоришь или меня подкалываешь?

— Подкалываю, — усмехнулась Каролина. — Ты сначала научись деньги зарабатывать, а затем на чужой сценический костюм фыркай.