Я твой Ад (СИ)

В этот момент машина сильно подпрыгивает на кочке, и я понимаю, что мы уже не в городе. Многоэтажки сменились гористой местностью. А ещё невдалеке я вижу блестящую гладь моря.

Ян останавливает машину, немного не доехав до берега. Рывком отодвигает кресло подальше от руля, вытягивая свои длинные ноги. Смотрит на меня всё так же недоверчиво, но во взгляде теперь нет брезгливости. Я должна ему всё объяснить…

— Послушай… — начинаю говорить, немного подавшись к нему. — Я знаю, что всё это очень странно. Но это лицо… Это ведь не я! Я — внутри…

Боже… Я несу какой-то бред! У меня никогда не получалось подобрать правильные слова даже в те моменты, когда репетировала своё признание. А сейчас это не репетиция, а самая что ни на есть премьера. Но слова опять мне не даются.

— Вик… — его голос хрипит от напряжения. Рука тянется к моему лицу, указательный палец, едва касаясь кожи, скользит вниз. — Закрой рот, Соколова! Я слишком долго тебя искал, поэтому опустим весь этот трёп!

Наверное, я должна бы возмутиться… Но странным образом чувствую возбуждение от его властного тона и пальцев, обхвативших мою шею. А ещё он назвал меня Соколовой…

Ян импульсивно притягивает меня к себе и без промедления впивается в губы. Из меня вырывается всхлип, и он тут же убирает руку с горла. Сжимает мои щёки ладонями, большими пальцами стирает с них влагу.

А я даже не заметила, когда начала плакать…

Вкус его губ остался прежним, и даже едва уловимый аромат табака тоже присутствует. Словно Ян целовал меня всего лишь вчера, а не четыре года назад на заднем сиденье в машине Соболева…

Мы тогда подъехали к тому дому, в который так хотел вломиться Колесников. Я помню, как прежде чем выйти, я вцепилась в его запястья и с мольбой посмотрела в глаза.

— Отставить нюни, Соколова! — он тогда в шутку пригрозил мне пальцем. — Прорвёмся, Вик! Уже завтра будем далеко отсюда!

Притянув к себе, обхватил ладонями лицо, стирая выступившую из глаз влагу со щёк.

Как и сейчас…"

"И уже на следующий день мы, и правда, оказались далеко от того дома. Я просто пряталась. Ян же считался погибшим. Только вот я этого не знала. Ждала его. Думала, что он придёт. А он тогда оплакивал меня, потому что я тоже считалась мёртвой. Жизнь бывает жестокой…

Ян покрывает поцелуями мои щёки и скулы, спускается к подбородку и шее. Языком проводит по горлу, извлекая из меня несдержанный стон.

Он прав, к чёрту трёп! Поговорить мы сможем и позже! К тому же он сказал, что искал меня…

Перелезаю со своего сиденья и устраиваюсь на парне верхом. Он тут же обхватывает мои ягодицы ладонями и теснее прижимает к себе, и я прекрасно чувствую степень его возбуждения.

Его руки быстро раздевают меня: жакет, блузка, бюстгальтер… Всё это разлетается по машине.