Я - твоё стихийное бедствие [СИ]

Таргориус помог мне найти чёрные штаны, тонкую серую рубашку со шнуровкой впереди, сшитую из мягкого, приятного на ощупь полотна и отделанную тонким изящным кружевом на манжетах. К этому шли высокие кожаные сапоги и тёмно-серый приталенный бархатный жакет.

Как только я закончил со своим гардеробом, в дверь постучали. Я вздохнул, собрался с духом, вышел…

И на меня сразу налетела буря. Рыжая всхлипывающая буря с меня ростом. Оказалось, это была мама Нори, а теперь, кажется, уже и моя.

Когда я наконец смог выбраться из крепких объятий и разглядеть её лицо, то понял, на кого похож был юноша. У графини Релии были такие же изумительные зелёные глаза и мягкие каштановые с золотистым отливом волосы. Только кожа её была светлой, как и у большинства рыжих. В изумрудных глазах светилась любовь и нежность к сыну, которого она чуть не потеряла. И тогда я понял, что Таргориус был прав. Не нужно ей знать, что её маленького весёлого сына на самом деле больше нет. Я почувствовал большое желание защитить эту красивую и, наверняка, добрую женщину.

Рядом с графиней стоял стройный высокий молодой мужчина — красивый брюнет с такой же тёплого цвета кожей, как у меня, и зелёными глазами Релии. На вид ему было около тридцати, может, чуть меньше.

Я понял, что это Неадорис, граф кан Аронар и отныне мой старший брат. Он протянул руку и потрепал меня по волосам, улыбнувшись тёплой улыбкой. Как я узнал из воспоминаний Нори, Неадорис любил юношу, но особо близкими они не были. Возможно, виной этому была разница в 12 лет, а может, и то, что Нори большую часть своего времени проводил в библиотеке."

"В отличие от него, старший брат был первоклассным воином — занимался охраной замка и прилегающих к нему территорий. Однако, несмотря на всё это, тепло во взгляде Неа, как называл его Нори, стоило многого. Мы присели на удобный диван, и графиня приказала прислуге принести для меня завтрак.

— Почему только мне, а вы? — спросил я, чтобы хоть как-то начать разговор.

— Мы уже успели позавтракать, пока кое-кто отсыпался, — улыбнулся Неадорис.

— Мы все эти пять дней места себе не находили, а Таргориус гонял нас и не пускал к тебе, — на глазах матери заблестели слёзы. Я дотронулся до её щеки и снял сверкающую на солнце каплю.

— Теперь всё будет хорошо… Не плачьте, прекрасная графиня кан Аронар.

— Хм, — задумчиво произнёс Неа. — Кажется, наш мальчик научился делать комплименты. Что с тобой случилось во сне?

— Повзрослел, — грустно ответил я. — Неадорис, отца уже…

— Да. Мы похоронили его в семейном склепе. Мы не знали, когда ты придёшь в себя. Нельзя было так долго ждать.

— Я понимаю. Скажи, вы нашли следы противника?

— Они есть, но странные. Я никогда не видел ничего подобного. Рисунок такой, словно там сражались не только люди, но и хищники.