Я - твое наказание

— Серьезно? А с каких пор ты стала трусихой, зависящей от мнения какого-то мудака, которого навязали тебе в мужья? Он-то точно тебе верность не хранит, — да вы все сговорились, что ли?! — Если хоть немного уважаешь меня и то, что между нами было, сядь в машину. Мы просто поговорим. Обещаю.

В конце концов, а что здесь такого? Он и вправду имеет право на нормальный разговор. Так я думаю ровно до тех пор, пока не сажусь в машину. Говорить он не спешит, а вот трогается с места так, словно за ним гонятся демоны. И дверь блокирует.

— Артем, что ты делаешь?

— Клатч свой давай сюда.

— Что?

— Ты плохо меня слышишь?!

Я даже не успеваю отреагировать, он вырывает сумочку из моей руки.

— Ты хотел просто поговорить. Что ты делаешь?

— Я сейчас так с тобой поговорю, что на всю жизнь запомнишь. Только отъедем в более тихий уголок. Кстати, сделаешь какую-нибудь глупость, я вырублю тебя ударом твоей прекрасной головушки об это стекло. Поняла меня? Не слышу!

— Поняла.

Глава 23

Еще минуту назад я была уверена, что он мне ничего не сделает. Даже несмотря на то, что отобрал клатч. Артем это делает намеренно, чтобы меня напугать. Но когда он достает из моей сумочки телефон, а следом открывает окно, до меня доходит, как я вляпалась. Резко тяну руку, чтобы остановить его, но он оказывается быстрее. Выбрасывает мобильник на дорогу и, кажется, еще сильнее начинает давить на газ.

— Ты… ты больной?! — мы едем так быстро, что я даже не могу различить, что за окном.

— Есть немного, — смотрю в его глаза и понимаю, что выглядит он и вправду ненормальным. — Открой бардачок и достань оттуда салфетки. Не зыркай так на меня. Доставай, — в любой другой момент я бы ему так ответила, что уши бы завяли, но сейчас, осознавая в какой я заднице, лучше помалкивать и не злить слетевшего с катушек Горского. — А теперь вытирай эту блядскую красную помаду.

Молча вытираю губы, но это оказывается не так просто. И с каждым взглядом Артема понимаю, что он злится все больше и больше.

— Еще.

— Они больше не оттираются.

— А ты три сильнее.

— Артем…

— Вытирай, блядь!

И ведь тру. Да так, что у меня уже губы болят и красные вовсе не от помады. Кажется, это понимаю не только я, раз он бросает «достаточно».

Итак…бревна у меня нет и гроба тоже. У меня вообще ничего нет, кроме трясущихся от страха рук. Хотя, у меня есть туфли. Точнее вполне себе острые каблуки. Но есть нюанс. С какой вероятностью мы разобьемся на такой скорости, если я шибану туфлей ему в голову? С очень большой.

Ну уж нет, умирать я не хочу. А быть изнасилованной хочешь, идиотка? Ведь все этим и закончится, теперь уж к гадалке не ходи.

Я слабачка. Как бы ни храбрилась, мне точно после такого не жить. Умру даже раньше, чем мама. Тупо не справлюсь. Надо бить. Только не на такой скорости.

— Остановись, пожалуйста.