Я тебя ждала (СИ)

И кто-то из них просто благодарил меня, а кто-то и громко спрашивал, где же дети, которых я спасла.

- Почему в Хранители отбирают таких придурков? – Громко спросил страж, несший Стина. – Надо же на весь замок раструбить, что детей уже спасли!"

"Эдвин пришлось  одернуть нескольких особо любознательных праздношатающихся, и мы быстрее двинулись к замку.

Дверь распахнулась задолго до нашего приближения к ней, и у входа нас ждал не какой-то там дворецкий, а сам светлый лорд, Дэнил Хинар, граф Хинарский, герцог Котоварский. И выглядел он как всегда шикарно: высокий, мощный, на мужественном лице играла добродушная улыбка. У меня даже слегка подогнулись колени, неслыханная слабость для герцогини Котоварской.

- Моя леди снова кого-то спасает? Доброго дня. - После приветствия светлый лорд забрал детей у стражей и, посадив обоих на согнутую левую руку, продолжил говорить со мной. – Удивительно, но одного вашего присутствия достаточно, моя леди, чтоб решить многие проблемы.

Что ответить на такие слова я не представляла, не скажешь же: «Да, я такая, проблемы решаю щелчком пальцев рук». Да, и не решила я никакой проблемы, помогла разговорить  Арину, но бдящий и сам бы это сделал.

- Хранители хотели сегодня в двенадцать часов умертвить дочь Эдука.

- Что? – Я даже замерла от удивления.

- Бдящий обращался ко мне, просил, чтоб я вступился за нее перед Хранителями, помог отодвинуть этот срок.

Я молча ждала продолжения. Он посмотрел на стену над моей головой, и, ухмыльнувшись, продолжил:

- Я посчитал бессмысленным вступаться за девушку, которая, скорее всего,  безумна…

- За меня же вы вступились. Хранители считали безумной и меня…

- Ради вас, моя леди, я шел и на большие преступления. – И хоть сказал он это очень тихо, услышала не только я, Эдвин, шедший за нами перед остальными стражами,  слишком резко заинтересовался резьбой на перилах.

- В любом случае, вы спасли жизнь  хорошему человеку, и, возможно, спасете еще несколько десятков людей. – Продолжил светлый лорд как ни в чём ни бывало.

Пока мы говорили, успели подняться на второй этаж и зайти в первую дверь возле лестницы. За ней оказался рабочий кабинет, в коричневых тонах, обставленный грубой деревянной мебелью. Самым заметным предметом меблировки здесь был широкий квадратный стол с потемневшей столешницей. За ним стояло огромное кресло, на которое была  накинута шкура какого-то рыжего зверя необъятных  размеров. Возле стен, напротив стола  стояли два дивана, на них были наброшены темные грубые  покрывала.

На этих диванах напротив друг другу сидели с десяток мужчин, они громко переговаривались и хохотали.