Я тебя ждал

– А ты как всегда слишком доверчивая, – не остается в долгу сестрица, – нет там никакой стены, никакой преграды. Все в порядке, так что выкини из головы эти глупости. Хватит себя мучить.

Она права – хватит.

С кряхтением поднимаемся на ноги, придерживаясь за бока, которые ломит от безудержного, освобождающего смеха.

– Идем, – сестра берет за руку, и тянет к двери.

– Куда?

– На улицу конечно! Выйдем, зайдем. Чтобы ты окончательно убедилась в отсутствии мистических стен.

– Да я уж убедилась, – смущено бормочу себе под нос, ощущая себя невероятной дурочкой.

– Нет уж, пойдем, – не сдается Арина, – надо поставить жирную точку в этом безобразии.

У самых дверей она останавливается, выпускает мою руку и со словами ""вот смотри"", перешагивает через порог. Ничего не происходит.

Сестра разворачивается ко мне лицом, разведя руками, дескать ""ну что я тебе говорила"", после чего заходит обратно в дом.

– Твоя очередь! Давай.

Делаю шаг и останавливаюсь. Потому что колет где-то глубоко, в животе, будто острыми когтями случайно задели.

Не знаю почему, оглядываюсь обратно, окидывая коридор растерянным взглядом. Все хорошо.

– Ну, что замерла, давай! – командует Рина, настойчиво подталкивая меня к дверям.

– Хорошо, хорошо, сейчас! – упираюсь, останавливая ее, – дай мне минутку, Ариш. Сейчас я настроюсь…

– Ди! Ё-моё! Какое настроюсь? – она нетерпеливо топнула ногой, – хватит уже. Пошли!

Снова схватила меня за руку и потащила за собой.

…А дальше все будто в замедленной съемке. Режим slow-mo.

Она переступает через порог, тянет меня за собой, а я покорно иду, убедившись в глупости своих страхов.

Сестра уже на крыльце. Ведет за собой, на вытянутой руке....

Мои пальцы достигают линии раздела между домом и улицей. И я чувствую, как Аришкина ладонь плавно начинает выскальзывать из моей. Пытаюсь ухватить за тонкие пальцы, удержать, остановить.

Не выходит.

Она выскальзывает, а я упираюсь потной ладонью в стену.

Она здесь! Никуда не делась! Здесь!?!

– Ариш, я не могу! Стена! – испуганно бормочу, глядя на сестру.

Она, как ни в чем не бывало, поправляет волосы, перекалывая растрепавшийся от наших игрищ хвост.

– Арина, – шепчу, еле слышно.

Сестра не реагирует, не оборачивается, вообще не обращает на меня внимания.

– Риш! – сердце словно увеличивается в размерах, распухает, давит, болезненно пульсирует.

Она надевает босоножки, аккуратно стоящие в уголке.

– Арина! – громко, испуганно.

Ноль реакции.

В калитку входит Андрей:

– Ну, как? – интересуется сестра, – починил?

– Вроде бы, – вытирает свои лапищи старым полотенцем, – прокатимся?

– С удовольствием!

Нет, нет, нет! Не уходи!

– Арина! – кричу в голос, с силой ударяя по проклятой стене, пиная ее, царапая ногтями.

Сестра меня не слышит, неторопливо спускается по ступеням.