Я. Тебя. Заставлю

Малышня с родителями расходятся по номерам, мы с Кириллом остаемся вдвоем. Играем в свои недетские жестокие игры.

— Пойдем поедим и спать? — предлагает Кирилл.

Протягивает руку, и я вкладываю свою ладонь в его.

Ужинаем молча. Он спокоен и задумчив, я — пялюсь в салат. Всей душой хочу заговорить, улыбнуться, порадовать его. Но если я сдамся сейчас, то дам понять, что мое мнение можно вообще никогда не учитывать. Покричу и успокоюсь.

Так же молча идем в номер, по очереди умываемся, ложимся в постель.

Телевизор нам уже заменили, мой сотовый лежит на столе с разбитым вдребезги экраном.

Спать не хочется совершенно, а еще мне немного страшно закрывать глаза рядом с ним. Я прислушиваюсь к его дыханию, понимая, что начинаю медленно сходить с ума от страха. Но усталость берет свое. Ночью, примерно под утро, все же идет дождь. Осенний, холодный, по-южному мощный. Он бьет по окнам, бушует. Мы с Кириллом находим друг друга под простынями и обнимаемся. Дальше спим так, как привыкли, — я закидываю на него ногу, он терпит.

Несколько раз я тихонько плачу, он делает вид, что не замечает. Своей безэмоциональностью и напускным равнодушием он меня продавливает — медленно и верно. Выжидает, пока я — импульсивная и вспыльчивая — сама все переосмыслю и пойду на мировую. Я неплохо его изучила и сейчас тихо ненавижу за эту жестокость.

Он ведь не такой, он никогда не был жестоким. Сам мучается, уверена, но не отступает. Я трусь об его грудь лицом, вдыхаю запах его кожи. Зачем он приручил меня к себе? Показал, как сильно можно любить.

Утром мы так же молча завтракаем, потом собираемся в город. Он не намекает на утренние ласки, я делаю вид, что не нуждаюсь в них.

— Я пригласила Олимпию с Евгением на ужин, ты не против? Мы были у них две недели назад, и я обещала приготовить кое-какие блюда из морепродуктов, которые они не пробовали.

— Разумеется, не против. Во сколько?

— В семь.

— Хорошо, — он кивает.

По приезде домой я иду в магазин, потом готовлю. Кирилл сидит с ноутбуком, потягивает пиво. Ужин проходит нормально. Не супер весело, но нам обоим ненадолго удается расслабиться и отвлечься.

— Кирилл, ты подумал над тем, что я сказала? — спрашиваю после ухода гостей. Как раз заканчиваю складывать посуду в посудомойку, он вытирает со стола.

— Да, подумал. Тебе не стоит разбрасываться громкими словами про расставание. Дешевая манипуляция, которой ничего не добиться. Я знаю, что тебе нелегко, поэтому не стану заострять внимание. Но впредь так больше не делай, пожалуйста. И заметь, я тебя не обзываю.

— Прости, пожалуйста, что обозвала тебя снова. Я перегнула, за что мне ужасно стыдно. Но Кирилл… мои угрозы — это не манипуляция.

Он недовольно качает головой, закатывает глаза и идет к лестнице.

— Приходи в спальню, будем мириться.