Я. Тебя. Заставлю

 — Можешь забирать! Подарят новые.

А мне так стыдно! Я знаю эту историю, раньше мне казалось, что это забавно. Права на день рождения вместе с машиной.

— Я звоню твоему отцу, — говорит Богданов.

— Как ты мне сказал в тот раз у арбитража, когда я попросил не обижать мою девочку? Ах да, что моей девочке понравится! И надо же, — Лео разводит руками. — Понравилось!

— Блть!

Кирилл толкает его в грудь. Получает ответку. В этот момент я, наконец, отмираю и устремляюсь к подъезду.

— Воу-воу. Позор семьи, понял уже. Отец в печали, что не вы его сын, уважаемый судья. Лада, мое восхищение! — Он отходит назад и демонстративно падает на колени. — Про-сти-те!

Его отчаяние душу мне разрывает, я не хочу все это слышать. А еще я не хочу, чтобы слышал Кирилл, но я не представляю, как повлиять на ситуацию.

Оборачиваюсь лишь тогда, когда оказываюсь в подъезде. Дверь за мной закрывается. Стальная, тяжелая, даже звуки не пропустит. Но Кирилл остается там, на улице. Напоследок я вижу в руках Леонидаса что-то небольшое, поблескивающее в свете фар. Кусок металла. Пистолет?!

— На улицу не выходи! — рявкает Богданов, предупреждающе подняв руку.

Рявкает так, что ослушаться невозможно.

Дверь закрывается, я прижимаюсь к ней спиной. Округляю глаза, не в силах быстро осознать происходящее. Леонидас приехал с оружием!

Надо вызвать полицию. Что в таких случаях еще сделаешь? Прямо сейчас… Телефон в сумочке, сумочка осталась в машине. Я кидаюсь к первой попавшейся двери и только начинаю колотиться, как слышу выстрел. Потом еще один.

Грохот оглушающий. Ощущение, что стреляют прямо под ухом. На всю округу! Колени становятся мягкими, я обхватываю себя руками и часто дышу. Гул в ушах, мне дурно. У Константина Андреасовича много оружия на любой вкус, он увлекается стрельбой, есть все разрешения. Но Леонидас никогда не брал его пистолеты, у него даже мыслей таких не было.

Опускаюсь на корточки. Он сказал не выходить на улицу.

Потом снова подскакиваю. Возможно, Кириллу нужна помощь. Стучусь в одну дверь, вторую… никто не открывает.

— Вызовите полицию и скорую! Пожалуйста, позвоните в скорую!

Я кидаюсь к подъездной двери. Мне так страшно! Внезапно я ощущаю себя самым одиноким человеком на свете. Леонидас не смирился с тем, что я с другим мужчиной, и приехал ко мне с оружием. Кирилл не должен был быть здесь, он раньше девяти из здания суда не выходит, это несложно вычислить.

Именно сегодня Кирилл сделал исключение, потому что я расстроилась из-за встречи с бывшим.

Леонидас много раз повторял, что я особенная, что он не сможет без меня жить. По глупости я думала, это синоним «я тебя люблю». Боже, сколько же у меня было звоночков? Но услышала я только оглушающий колокол.