Я. Тебя. Заставлю

"

"Боже, да что ему нужно?! Я только-только пришла в норму и поверила, что жизнь начала налаживаться! Этот ненормальный тут как тут! Пишет первым, а прилетит за это опять мне!

Ладони потеют, я вспоминаю тон и выражение лица Константина Андреасовича, когда тот нашел меня одну в баре. И будто снова попадаю в западню.

Делаю скрин, который, чуть помешкав, отправляю Кириллу. Надеюсь, он не разозлится. Не подумает, что я как-то спровоцировала. Знаю только, что скрывать — еще хуже.

В ответ Богданов шлет мне свой домашний адрес. Сразу узнаю и улыбаюсь.

Пересылаю адрес Леонидасу.

«Нравится с ним трахаться? Или тебе все равно с кем, лишь бы задницу устроить в теплое местечко?» — пишет грек.

Входящий от Кирилла.

— Да? — поспешно беру трубку. Мой голос звучит нервно, выдает состояние.

— Скорее всего, он хочет поговорить с тобой обо мне, — голос Богданова, как всегда, спокоен, действует на меня словно мантра — расслабляюще.

Я молча киваю, забывая, что он не видит меня.

— Хотя варианты я допускаю разные, — продолжает Богданов. — Может, и соскучился.

— Кирилл! — умоляю не развивать мысль.

Конечно, Лео хочет поговорить о судье! Именно тот будет рассматривать земельные споры Спанидисов, выкручивать им руки.

— Лада, не ведись. Не отвечай. И… ничего не бойся. За тобой присматривает мой человек, если Спанидис приблизится хотя бы на пять метров, тот вмешается.

— Что? Кирилл, ты за мной следишь? Давно?

— Присматриваю. Это закончится, когда накал спадет. Даю слово. Надежное охранное агентство, осуществляющее сопровождение.

— Мог бы предупредить. Я не против, просто удивлена.

— Не хотел тебя пугать. Не думаю, что они осмелятся причинить тебе физический вред, — он делает паузу. — Знают, что их тогда живьем похоронят вместе с их с*аным бизнесом.

У меня волоски встают дыбом от его тона.

— Кирилл, мне страшно.

Коллеги отрываются от ноутбуков, смотрят на меня вопросительно.

— После работы приезжай в арбитраж, поговорим. По телефону не нужно.

Стоило бы возмутиться, что он контролирует мои передвижения, но даже мысли такой нет. Жить хочется. Очень сильно хочется быть живой и здоровенькой! Мне так мало лет, у меня все впереди. Карьера, семья, детки… Я хочу все узнать, прочувствовать! У меня пожилые родители, бабушка, они не должны остаться без меня!

Поэтому пусть следит хоть двадцать четыре часа в сутки!

Наверное, мои нервы уже как канаты, плакать не хочется, но я заставляю себя. Всхлипываю один раз, второй. И когда девочки бросают дела и подходят, я принимаюсь рассказывать, что бывший продолжает названивать и угрожать.

Когда же слышу слова утешения, начинаю жалеть себя с утроенной силой и, наконец, реву. Получается искренне. Пусть все знают, что он пугает меня. Что мне страшно.