Я тебя заколдую (СИ)

Соня подняла глаза. Синий и темный взгляды скрестились словно кинжалы. Девушка по достоинству оценила его хитрый и изощренный ум. Фархад оказался сильным соперником, несмотря на то, что Лейла успела потерять большую часть ключевых фигур, он быстро отвоевывал утраченные его женой позиции. Обитательницы гарема собрались вокруг, стараясь держаться на почтительном расстоянии и с интересом наблюдали, чем же это закончиться.

Сделав последнюю отчаянную попытку, Софья пожертвовала ферзем, и шейх попался в расставленную ловушку.

- Шах и мат, Ваше высочество, - улыбнулась она.

- Кто научил тебя играть? – задумчиво протянул Фархад.

- Мой дед, граф Орлов, - ответила она.

- Ты продолжаешь утверждать, что ты знатного происхождения? – усмехнулся шейх, - Как же так получилось, что тебя выменяли на скакуна?

- Это долгая история, - вздохнула Соня.

- Я никуда не спешу, - внимательно глядя на нее, ответил Фархад.

Соня рассказала ему все, что знала она сама.

- Теперь я и сама не знаю, кто я, Ваше высочество, - закончила она.

- Пойдем, - протянул он ей руку, поднимаясь с широкого ложа.

Заметив панику, появившуюся в ее взгляде, улыбнулся.

- Я просто хочу, тебе кое-что показать. У меня огромная библиотека, может тебе это будет интересно.

Когда они удалились, оставив Лейлу наедине с ее мыслями, та была в бешенстве. Все гораздо хуже, чем она думала. Ладно бы он захотел ее только в постели, она бы не возражала, но если он готов поделиться с ней своими мыслями, это уже вызывает опасения.

Через три недели, уставшие и измотанные дорогой, его светлость князь Воронцов и барон Строганов прибыли, наконец, в Киев. Дороги из-за осеннего ненастья сделались практически непроходимыми. Сырая и промозглая погода добавила неприятностей в их путешествии. Еще два дня у них ушло на поиски имения помещика Пещурова.

К великой радости Василия Андреевича Пещуров оказался не только жив, но и сохранил к шестидесяти годам трезвость ума и ясность мысли. Никита Иванович, бывший статский советник гостей встретил радушно. Не каждый день к нему столь знатные господа с визитом приезжают. Покойного графа Хвостова он помнил хорошо, но вот крепостную Федотову Оксану вспомнить так и не смог, хотя выписанную его рукою купчую признал. Отчаявшись хоть как-то прояснить ситуацию Василий вынул из кармана миниатюру с портретом своей жены и передал Пещурову.

- Взгляните, пожалуйста. Может быть, Оксана так выглядела.

- Нет, нет, что Вы, - покачал головой Никита Иванович, - Но эту девушку я помню. Она была вместе с Николаем Михайловичем, когда он заезжал ко мне.

- А Вы не помните, как ее звали?

- Сожалею, господа, но это все, что мне известно, - ответил Пещуров.