Я тебя заберу

— На миг задумываюсь. — Похоже, от любовника.

Меньше всего хочется сочинять сплетни, только слишком уж все очевидно. Как в деревянных пазлах для самых маленьких: одна половинка и другая. Никаких лишних частей.

— Настоящий роман! — восторженно произносит подруга.

— Скорее триллер.

Отряхнув руки, я достаю из кармана телефон и показываю страничку с сегодняшними новостями. С разбитой машиной и коротким заключением врача.

— Я что-то запуталась... — Лена тянется за стаканом с водой. — Ты говорила, что вы с Шаталовым встречались... Как, если он в коме?

— О, мы не просто встречались — Щеки вспыхивают. — Этот коматозник живее всех живых. Цел, невредим и хочет видеть Глеба.

В квартире свежо, но мне все равно не хватает воздуха. Забыв на минуту о сырниках и скором разговоре с сыном, распахиваю окно и делаю глубокий вдох.

— Вот это дела-а! — тянет Лена.

— Да! — Я опускаю взгляд.

Сегодня вместо бэхи сразу три незнакомых машины. Одна по уже привычной случайности подпирает мою, а две другие — старенький джип соседа. Нагло! Словно где-то разместили объявление о бесплатной парковке в нашем дворе.

— И что ты теперь планируешь делать? — Лена подходит ко мне и обнимает за спину.

— Сначала сырники. — Кусаю губы. — Потом признание. А после буду думать, как познакомить этих... — Договорить не успеваю.

Только раскрываю рот, чтобы сказать «мужчин», телефон во всю мощь динамика сообщает о входящем звонке.

— Тебе нынче с работы и по вечерам названивают? — сочувственно произносит Лена.

— Нет...

Я неуверенно нажимаю на кнопку и вздрагиваю, когда слышу знакомый голос:

— Это Марк. Никуда не выходи. Никому не открывай. Закройся и постарайся подпереть дверь чем-нибудь тяжелым. Скоро буду.

Глава 26. Игры для взрослых

Ничто так не портит идеальную игру, как форс-мажор.

Марк

Час назад

Лишь одна женщина в моей жизни умела ювелирно выносить мозг без всяких скандалов, истерик и требований. Для этого ей было необязательно даже открывать рот.

Просто врывалась в жизнь. Делала что хотела, наплевав на запреты. И вырубала к чертям все мои предохранители.

Первый раз — девять лет назад. Еще молодая и безбашенная.

Второй раз — сегодня. Взрослая, красивая, но такая же сумасшедшая.

После побега Лизы мозг приходится заставлять работать чуть ли не насильно. Не спасают серые больничные стены. Впервые на моей памяти не работает закон опустевших яиц.

Внизу легко. Никто не проверяет ширинку на прочность. Кровь давным-давно перетекла из нижней головы в верхнюю. Только система не работает.

Вместо того чтобы думать о делах, вспоминаю, как стонала подо мной одна сладкая ведьмочка. Как жадно насаживалась на член. И как злилась, когда я требовал познакомить с сыном.