Я тебя рисую

Великий Создатель, моя душа просто возликовала, когда я посмотрела на Льдистую Вершину с высоты центральной башни. Нет, сейчас этот город не был белым. Он был то розовато-лиловым, то золотистым, то вспыхивал охрой и багрянцем. Его крыши темнели пятнами   то амаранта, то ириса, а стены переливались лазурью и пурпуром.

Понятно, почему этой стране не нужны краски.  Ничто не сможет поспорить с теми невообразимыми оттенками, что дарит снежным само небо.

Да, второй день тоже порадовал волшебством.

А на третий Лория пропала."

"Нянюшка падала на колени и заламывала руки, стражи прочесывали округу, я пыталась не паниковать, но получалось плохо. Снежные мрачнели.  Найти девочку не могли, множество перий видели, как она играла во дворе возле цветов изо льда. А потом Лория просто исчезла.

Побледневший Арвиэль пытался меня успокоить, но его я слушала плохо.  Я убеждала себя, что девочка вот сейчас выскочит из какого-нибудь угла, что моя проказница снова «пошутила», но Лория не выскакивала и не находилась. К утру поисковые отряды уже прочесывали столицу, встревоженные лорды хмуро пытались уверить, что в этом городе девочке ничего не угрожает, а я писала послание Линтару.

Только мать, потерявшая дитя, сможет оценить ужас, что охватил меня. Все мое существо сосредоточилось на одном желании - увидеть своего ребенка живым и здоровым. Больше не существовало ни прошлого, ни будущего, ни желаний, ни потребностей, лишь одна необходимость, заставляющая меня снова и снова брать себя в руки, не паниковать и не раскисать, ведь я была нужна дочери. Я гнала от себя мысли о том, что Лорию могли похитить. Что она могла просто заблудиться, отправившись в долину. Замерзнуть. Оказаться под слоем снега или упасть в одно из ледяных озер, что окружали столицу.

Сколько ужасов может вообразить любящее материнское сердце и живое воображение созидающей? Больше, чем звезд на небе!

Но я держалась из последних сил, понимая, что, если запаникую, это не поможет Лории.

***

Портал выплюнул меня на границе с Алаосом.   Во все стороны простиралась снежная долина, не могу сказать, что мне здесь нравилось.  Самое красивое место на земле - Пять Долин. Ну, еще Идегоррия, там хотя бы тепло. А здесь   холод, лед и белоснежные просторы, разукрашенные разноцветным сиянием, что лилось с неба.

Так себе местечко, в общем.

Я скинул мешок, разделся, сложил вещи и обернулся. Сейчас трансформация происходила почти мгновенно, быстрее, чем вздох. Закинул мешок на гребень, фыркнул, сдувая упавший снег, и взлетел. Описал круг, определяя направление. Драконье зрение гораздо острее человеческого, стоило обернуться,  и краски вспыхнули ярче, а на краю равнины я заметил очертания города.