Я тебя прощаю. Чужая любовь

А вот, кажется, и виновница торжества.

С приближением девушки я могла без сомнения сказать, что передо мной дочь Альфы. Настолько отец и дочь были похожи.

– Какой хорошенький, – волчица неслась на нас. – О, Селена, как он на тебя похож, Адам, – всплеснула она ладошками и сложила их на груди умиляясь Тёме.

Сын бурную встречу не оценил и скуксился, прижимаясь к груди Адама.

– Митя, глянь, – позвала девушка кого-то, игнорируя настроение ребенка. – Ну иди сюда быстрей! – Она нетерпеливо притопнула, постояла секунду и скрылась в толпе.

– Это Леся, дочь Ивана и Марины, – донес до меня оборотень, пока я пыталась высмотреть Митю, за которым убежала волчица.

– Я так и поняла, – ответила спокойно, хоть в груди клокотал вулкан, готовый извергнуть лаву в любую секунду.

Митей оказался очень крупный молодой мужчина. Если что я и понимала в оборотнях, то этот был точно не рядовой волк. От него исходила сила, что улавливалась на уровне инстинктов: в жестах, в голосе.

Что-то подобное я чувствовала при первых редких встречах с Адамом и чувствую рядом с Альфой.

Я слишком увлеклась сравнением незнакомого мне оборотня и старшего Лесмана и пропустила этап знакомства.

– Очень приятно, – ответила на автомате, вынырнув из своих мыслей и заметив, что от меня ждут реакции.

– Ну привет, малец. Иди к дяде Миту, – новый знакомый поманил Тёму. – Разрешишь? – спросил он у Адама перед тем, как взять ребенка. – Я умею обращаться с детьми, – успокоил меня оборотень, широко и обаятельно улыбаясь. – Дайте хоть пацана в руках подержать, а то только девки и девки, – ворчал он по-доброму.

Тёма удивил. Уселся на мужских руках и с интересом слушал, как его хвалят.

– Какой ты сильный волк, – умилился оборотень.

– Очень, – с гордостью подтвердил Адам. – Валерии не дает продохнуть, уже во всю пытается манипулировать силой.

Это самые неправильные мужчины, которых я только встречала в своей жизни. Я с не меньшим изумлением, чем оборотни наблюдали за малышом, наблюдала за ними.

– Защитником растешь, – оборотень продолжал хвалить Тёму. – Твою маму надо беречь. Знаешь, как с ними сложно?

На последние слова я насупилась и причмокнула недовольно. На языке крутилось: «С кем – с ними?».

– С девчонками. Они хрупкие и капризные. А ты вырастишь сильным. Настоящим волком.

– Мы не капризные, – фыркнула Леся.

Если я про себя ворчала, то сын расплывался в счастливой улыбке.

Я не осуждаю тебя, мой сладкий, если бы меня так хвалили, то и я бы довольно светились.

– А дайте и мне подержать волчонка, – раздался женский голос.

Нет! Внутри меня всё воспротивилось. Даже не знаю, с чем это связано. Возможно, с внешним видом девушки, которая напоминала фальшивую куклу, или ее манере разговаривать с жалобно истеричными нотками в голосе.