Я тебя помню

И знакомство начинается с глухого питерского колодца. Невзрачного и мрачного. Но зато в нём находится место для моей машины, рядом с точно такой же тачкой, только белого цвета. Не бедные люди живут, уже хорошо.

Парадная лестница древняя, историческая, как всё здание. Когда я был здесь в далёком детстве, она выглядела хуже гораздо. Теперь её отреставрировали. И мы заходим, словно в музей. Невероятные своды потолка с лепниной, и не советской, а царских времён, арочные окна с витражами на каждой лестничной площадке. Колонны мраморные. И смешно, нелепо так, смотрятся пошарпанные почтовые ящики во всей этой глобальной, грандиозной парадной.

Навьюченный сумками, я пытаюсь ещё помочь Вике тащить чемодан. У нас вообще вещей не нажито. Зато офигенные зарплаты, так что всё будет.

— Ник, а сколько комнат? — заворожённо шепчет Вика, разглядывая лестничную площадку, точнее, целую лестничную площадь.

— Четыре комнаты. Викусь, ты только не падай, дед Аркадий не давал ремонт сделать.

— Это не проблема, — она гладит мраморные перила.

Открываем, и квартира дышит на нас берлогой ебанутого старого медведя. Мне, конечно же, ничего, проветрю, выживу, переночую, а вот Вика моя как…

Но она спокойно заходит, замирая от восторга на пороге.

И тут реально есть, чем восторгаться, несмотря на виднеющиеся повсюду следы альца прежнего владельца.

Потолки — метра четыре с лишним. Длинный узкий коридор, на стенах облупилась краска. Прихожая – хоть вальс танцуй, с бюстом Ленина посередине. Это, наверно, чтоб сразу понятно было, кто тут у нас партийный элемент и кто стреляет во врагов народа без предупреждения. Он ведь реально так делал, старый сумасшедший черт. Все же, у фирменного характера Кирсановых есть серьезные побочки…

Проходим дальше. Диван дореволюционный, с высокой спинкой, кожа коричневая потрескалась. Где-то очень высоко горит лампочка Ильича, болтаясь на скрученном алюминиевом шнуре.

Паркет, замызганный настолько, что не сразу поймёшь, что это он, дубовый, старинный.

Из советского прошлого переходим в царский зал, там сохранился камин, тоже, видимо, еще с царских времен, три больших окна и две монументальные люстры, явно имеющие историческую ценность. Мебель тоже необычная, старинная. Интересно, как это все в деде уживалось? Советское прошлое и дореволюционная роскошь?

Множество вещей накидано горами, разбирать и разбирать…

Дальше еще комната, совершенно пустая, но с балконом, затем, неожиданно, огромная кухня 90-х годов прошлого тысячелетия, что-то страшно нелепое, коричневатое с пластиковыми серыми ручками. Это, наверно, у деда момент просветления был… Или, наоборот, помрачения, потому что, насколько помню, раньше тут деревянный буфет стоял царских времен, и вся сантехника была с резными старинными ручками.