Я тебя поймаю

Никто не отвечает, да и не станет. Наверняка эту симку уже давно выкинули из телефона. Да и саму трубку наверняка подарили первому встречному.

— Ган, где ты там? — доносится из кухни командирский бас Бека. Ничего общего с беспомощными воплями отца.

«Скорее всего, и он в теме, — думаю я, возвращаясь к бате и старым боевым друзьям. — Не разрешил нам жить в своем доме. Отправил в Светкину квартиру… Какое-то подозрительное поведение, Юрий Алексеевич…»

— Выпьем за любовь! — громко провозглашает Крепс, но увидев мою понурую рожу, осекается. — Все так плохо? — осведомляется, словно у больного.

— Увезли ее от меня. Специально. Целую операцию провели, — жалуюсь я, садясь к столу, и прошу Асисяя. — Наливай, Славка!

12

Бухаю с мужиками, так вовремя оказавшимися в нужном месте, слушаю их байки, иногда вставляя и от себя что-нибудь, а сам поглядываю на сотовый. Жду, ох, как жду сообщения: «Абонент Таечка в сети». Но проходит час, другой, и на город наползает вечер, за ним и ночь. Но, кажется, никто из нас и не думает расходиться. Беку и Крепсу звонят жены. И они оба так смешно и одинаково успокаивают их, что губы сами собой расплываются в ухмылке.

— Да тут заночую, — бухтит Кирсанов в трубку. — Ну, где-где? — бросает устало. — Дома я, на Тверском. Тут Славка с Димкой. И еще один паренек. Сева. Ты его не знаешь… Ну конечно, никуда не поедем. Все в дупель пьяные. А, дааа, двери запри только…

Слушаю этот незатейливый треп, и на душе становится легко. Тепло так и радостно.

Еще бы Тайка позвонила, и моему счастью не было б предела. Кошусь на часы. Сколько сейчас в Париже? Уже должна прилететь. Пусть не сразу… На первом месте Пахом, укушенный пингвином, но должна все-таки позвонить. Когда противным жужанием звякает Телеграм, я подпрыгиваю от счастья.

Таечка моя…

Но это приходит сообщение от отца.

«Ты уволен, Сева!»"

"Коротко и по делу. А главное, вовремя! Ну, кто еще нальет кипятка за шиворот, как не близкий родственник? Кто еще сумеет вывести из себя одним щелчком пальцев? Только папа, чтоб ему!

— Ты какой-то дерганный стал, Ган, — морщится Кирсанов. — Раньше спокойным как суслик был. Без трясучки и паники. Вот что бизнес с нормальными бойцами делает, Крепс! — смеется он.

Блинников смотрит на меня внимательно. За время, что мы не виделись, из бравого адьютанта Бека, всегда готового на подвиги, он совершенно неожиданно превратился в матерого и холеного господина. Я встречаю таких постоянно на всяких приемах. Состоявшихся бизнесменов с заученными улыбками, двумя любовницами и женой на Канарах. Жаль, если Димка станет таким же.

— Слушай, — замечает он как бы между прочим. — Мне нужен спец по экономической безопасности. Ищем надежного человека. Ну, сам понимаешь, у нас не только купи-продай.