Я тебя не знаю

Последний раз он при мне дрался много лет назад, я уже и забыла, что он вообще умеет это делать. Но служба в спецназе все же давала о себе знать. Какое-то время я стояла в полном оцепенении, а потом увидела, как по его виску кровь сочится из разошедшегося шва, и как он бьет Славика изо всех сил кулаком в лицо, бросилась к ним снова, оттягивая Кирилла назад. Не хватало, чтоб еще убил его или покалечил. Такой, как Славик, всех собак спустит, раздует целую историю. Он умеет.

— Хватит! Хватит, черт вас раздери! Сейчас кто-то полицию вызовет!

Толкнула мужа в грудь и стала между ними. Повернулась к Славику и прошипела.

— Уходи, Славик. Потом поговорим.

— Не поговорите, — сказал Кирилл и дернул меня к себе…, — а ты, давай, вали отсюда. С-ла-ви-к! Еще раз возле нее увижу, все ребра переломаю.

— Это мы еще посмотрим, кто кому переломает. А ты дура, Женя! Посмотрим, как быстро он снова себе новую шлюху найдет.

— Изыди! — прорычал Кирилл, — или я за себя не отвечаю!

А сам мне в глаза смотрит, и я не понимаю, как на автомате платок из кармана достала и кровь на его щеке промакиваю. От взгляда на раскрывшуюся рану все внутри переворачивается, словно это у меня рана раскрылась. Мне, наверное, нужно было броситься к Славику, хотя бы посмотреть, как сильно досталось и ему… но… но мне было не до него. Я в тот момент вообще забыла о его существовании. Даже больше — я готова была сама ему глаза выцарапать за то, что тронул Кирилла. Это, видно, тоже заложено где-то в подкорке мозга… Как говорят, что в паре волков, при нападении чужака опасен далеко не самец.

— Зачем ты сюда приехал? Как вообще добрался и нашел?

— Приехал, потому что увидеть тебя хотел, а добрался на метро, как все люди. Дочка рассказала, как доехать.

«Увидеть хотел… хотел… хотел». Сквозь поры кожи живительной влагой, наркотическим дурманом по нервам. Господи! Как давно ты этого не говорил. И я не знаю, хочу ли я это слышать. И эхом собственные мысли «хочу… хочу… хочу».

— Евгения Павловнааааа, я аптечку принеслааа. Добрый вечер, Кирилл Сергеевич.

— Добрый, — ответил муж, но даже не взглянул на нее, он продолжал смотреть мне в глаза, и я от этого взгляда не знала, куда мне деться. Я нервничала, и у меня дрожала рука с платком у его виска.

Медленно выдохнув обернулась к Анжеле, которая с диким трудом скрывала свое больное любопытство и протягивала мне аптечку.

— Спасибо, но у меня в машине есть.

— А здесь не стандартная. Я сама ее наполнила, — говорит мне, а сама Кирилла рассматривает, чуть приподняв тонкие бровки и распахнув в удивлении карие глаза, — докупила все медикаменты, бинты, лейкоп…

— Давайте. Спасибо. Вы можете идти. И всем там передайте, пусть к работе приступают. Спектакль окончен.

Отобрала у нее аптечку и увидела, что Кирилл улыбается.