Я тебя не предавал (СИ)

— Да…

— В моей семье не бывает разводов.

Он предлагает мне рабство. Добровольное. Без возможности выбраться. На одной чаше весов моя свобода, на второй жизнь малыша. Выбор не стоит в принципе.

— Я согласна.

— Я пришлю юриста с брачным договором, — довольно хмыкает Асад и направляется к двери.

— Чего? Зачем?

— Ты же не думала, что я поверю на слово? — оборачивается он. — Какие-то проблемы?

— Нет…

А ещё через две недели я выхожу замуж. И вместо свадебного подарка, муж даёт мне папку. В ней столько всего, что волосы шевелятся. Бланки. Записи. Фотографии. Рустам. Ворон. Ещё какие-то мужчины. Кровь. Мясо. Изуродованные тела. Страшно очень.

— Что это? — поднимаю на Асада глаза, едва справляясь с тошнотой.

— Это то, чем занимается твой брат и любовник, — колючие мурашки ползут по спине, а внизу живота неприятно тянет. — Запомни это, Ира. В этой папке смерть обоих.

— Не понимаю, — в ушах звенит, а перед глазами прыгают чёрные точки.

— Если ты решишь меня как-то наебать или грохнуть по-тихой, эта папка попадёт в нужные руки. И пиздец обоим. Так что в твоих интересах играть по правилам. Я слежу за каждым твоим шагом.

Моя ловушка захлопывается, а глаза открываются. Столько лет прошло. И папку эту я так и не смогла найти, но это не значит, что её нет. Я не могу рисковать. Не имею права распоряжаться чужими жизнями. Замкнутый круг какой-то.

Глава 22

Ворон

Я вроде окончательно протрезвел. Башка только трещит нещадно. Прошу Фила подождать в машине, а сам поднимаюсь к себе в квартиру. Мелкая пакость, поселившаяся на моей территории, ни хрена не спит. Скрестив ноги, сидит на диване и пялится в телек.

— О, ты вернулся, извращенец? — подаёт голос Дуня.

— Выпорю, — огрызаюсь на девчонку.

Захожу на кухню. На плите кастрюля с отварными спагетти. Не знал, что они у меня есть. Лезу в угловой шкафчик. Достаю аптечку и вываливаю её содержимое на стол. Ладонями равномерно распределяю таблетки и ищу взглядом что-то от головы.

— Ты же бухал, нельзя таблетки, — снова жужжит у меня над ухом.

— Брысь, — отгоняю её и цепляю нужный блистер. Выдавливаю две на ладонь, глотаю и только после наливаю в стакан воды.

— Знаешь, мне вообще-то не выгодно, чтобы ты тут откинулся, — заявляет Дуня.

— Хоть это радует. Не придушишь меня подушкой во сне.

— Я бы предпочла яд в борщ, — лыбится зараза."

"— Такая маленькая и уже такая стерва. Спать иди, я работать уеду до утра, — наливаю себе ещё воды из-под крана. На зубах неприятно поскрипывает пыль из зала. Полощу рот, жду, когда голову отпустит.

Зависаю взглядом на назначениях, которые Мирный взял у Иры после полевой операции. Что-то меня напрягает, едва заметное, с первого взгляда неочевидное. Подхожу ближе, снимаю бумажку с холодильника, всматриваюсь в почерк. Тот, что в письме, я знаю наизусть.