Я тебя не предавал (СИ)

— Не понял?

— Исчезни, я сказал! — крепче сжимаю в кулаке обручальное кольцо Иры. — Стой! — ловлю его за шкирку. — В ЗАГС меня отвези.

— Зачем? — изображает идиота.

Поймав мой взгляд, благоразумно решает больше не задавать тупых вопросов. Расслабляю хватку, Джага вырывается, расправляет плечи и идёт за руль. Хромаю следом за ним к его машине, брезгливо сажусь на заднее. Он ведёт молча, а я опять перечитываю письмо и чувствую, как начинает кровоточить сердце, подтекать крыша и вскрываться раны на теле. Дышать становится всё труднее. Меня никогда не предавали женщины. Меня никогда не бросали женщины. Потому что я не был с ними в отношениях. Я никогда не любил. До неё!

— Жди! — требую у Джаги и выхожу из машины.

По чёртовым скользким ступенькам подниматься с моей ногой оказывается очень проблематично, но боль и злость подгоняют. Грохнув дверьми, украшенными позолотой, вхожу в помещение и натыкаюсь на подорвавшегося со своего места охранника.

— Я к начальству.

Снова лестница. Но здесь уже легче, простой ковёр. Поднимаюсь на второй этаж. Вламываюсь без стука в кабинет, где ещё недавно договаривался о регистрации с Ирой.

Задаю вопросы.

— Не было её, — подтверждает женщина в сером брючном костюме. — Ждали вас, у нас же по минутам дни расписаны. Никто не пришёл, — разводит руками.

Вашу мать… !

Лупанув кулаком по столу, разворачиваюсь и размашистым шагом пересекаю пространство от кабинета до выхода, забыв о своей чёртовой ноге.

Тачка Джаги стоит на месте. Сажусь и приказываю отвезти меня ещё по одному адресу. Уж этот человек не может не знать, что произошло.

Встречаемся с Рустамом Ахмедовым, старшим братом моей … или уже не моей Иры? Его тоже прилично потрепало в той заварушке, но Рус вернулся раньше и уже успел немного прийти в себя. Смотрит на меня тяжёлым взглядом, явно догадываясь, зачем я приехал.

— Рад, что ты жив, — протягивает мне руку.

— Я пока в этом не уверен, — пожимаю его крепкую шершавую ладонь. — Сестра твоя где?

— Ворон, только не кипишуй, окей? — просит друг и ученик. — Замуж она вышла.

Не знал, что лопающееся сердце можно перенести на ногах. Не знал, что настолько сильный приступ боли можно принять, не дрогнув ни одной мышцей.

— Заставили? — закономерный вопрос.

— Нет, Паш, — качает головой Рустам. — Это было её решением.

— Адрес, — мой голос стал глубже, холоднее, злее.

— Не лезь к ней. Не надо…

— Адрес, Рус! — рывком хватаю этого амбала за горло и толкаю к стене. Он стучит по моему запястью ребром ладони, хватая ртом воздух. — Мне. Нужен. Долбанный. Адрес! — повторяю я, разжимая пальцы.

— Она беременна, — Рустам всаживает ещё один тупой нож мне в грудь, но там уже месиво так что входит, как родной.

Я делаю вдох и пару шагов от него. В глазах темнеет.