Я тебя не помню (СИ)

Спокойно погладил по щеке и сказал, что купит себе еще несколько новых рубашек и что стирать мне здесь не обязательно.

Мысленно проклиная себя за дерзость, я пытаюсь исправить ситуацию бутербродами. Их, правда, сложно испортить, поэтому за завтраком взгляд Данияра кажется уже не таким бешеным.

Он молча допил оставшееся кофе и поднялся.

– Ты скоро вернешься? – вырывается у меня прежде, чем я осекаюсь. – Мы фильм не досмотрели, помнишь? Давай сегодня, пока Алина еще не сбежала от Миры?

Данияр вмиг смягчился:

– Давай сегодня.

– Данияр! Данияр! – раздалось сзади.

Истеричный голос Алины усиливает мое сердцебиение вмиг. Я поворачиваюсь, крепко сжимая пальцами деревянную столешницу.

Алина едва не упала с лестницы – так торопилась. Я вскочила с места, как же так? Неужели с Мирой что-то случилось, почему я не услышала ее плач?!

– Данияр, дедушка решил сегодня. Сегодня мстить! – выдохнула Алина. – Я знала, что он собирается сделать, но не думала, что так скоро…

Я медленно сжимаю челюсти, в голове срабатывает вспышка гнева. Алина все знала. Возможно, ее послали в наш дом и выбрали удобное время…

Раннее утро – самый лучший час, чтобы напасть без предупреждения.

– Ты знала, что он собирается делать? – спокойно интересуется Данияр.

– Данияр, я…

Данияр делает взмах рукой и переводит собранный взгляд на меня.

В его руках немедленно оказывается телефон:

– Слушай, я уже по гроб жизни тебе обязан, но сейчас ты мне нужен. Ты должен забрать мою дочь с женой. Только тебе могу их доверить.

Чуть помедлив, Данияр ухмыляется:

– Как минимум, ты чужое не берешь. Вот и доверяю.

Я понимаю, что муж звонил Шаху. Только сердце спокойнее не становится, не становится!..

Назар приезжает быстрее, чем тот, кому доверяет муж. Просто потому, что по новостям имя Данияра полощут хуже грязного белья.

Убийца собственного брата. Вот, что о нем говорят. Не выдержав, Данияр бросает пульт от телевизора об стену, а затем хватает меня за лицо и приближает к себе близко-близко.

– Ну, ты хоть не веришь в эту херню?!

Если бы услышала эти обвинения раньше, поверила бы. Я тогда была беременная и влюбленная в другого. Потерянная, осиротевшая. Теперь мне дали другие воспоминания, и я прижилась с ними как с родными.

– Конечно, нет, – я моргнула несколько раз.

– Я бы мог его убить, – вдруг признается муж грозно. – Я хотел его убить. Клянусь, это так. Но у меня есть жесткое алиби: я бы не подстраивал аварию с машиной, в которой сидела моя беременная женщина.

– Верю…

– Когда все поймут, что дочь моя, я выйду на свободу. И моим врагам мало не покажется. Ты поняла меня?

Мое сердце на миг замерло. В глазах стоят слезы, Алина испуганно молчит рядом.

– Поняла, – хриплю в ответ. – Ты бы убил по-другому, я поняла.

С этой правдой приходилось как-то жить.