Я тебя не помню

Мы будем любить вас двоих сильно-сильно, — счастливо улыбнулась она и поцеловала Дину в макушку.

Я тоже улыбнулся. Нисколько не сомневался, что нашей любви и тепла хватит на всех детей, которые у нас будут. Только вот здоровья у их мамы все же было маловато и это меня очень беспокоило.

45

НадяПока мы поднимались на лифте на пятый этаж в палату, где лежала Лида, у меня перед глазами все время стояла ее красивое личико. Максим перекинул мне вчера на телефон ее фотографию, а я засмотрела ту до дыр. Мне всю ночь снилось, как я беру малышку на руки, прижимаю к себе… Проснулась вся в слезах и поняла, что не могу больше ждать. Если не увижу ее, так и буду изводить себя навязчивыми мыслями.

— Мама, а она долго будет лежать в больнице? — спросила Дина, когда мы остановились у двери в палату.

— Не знаю, моя хорошая, — я мельком посмотрела на Максима.

Он выглядел недовольным и встревоженным. Ему не нравилось, что я ушла из клиники? Переживал за мое состояние? Но сейчас я должна быть рядом с Лидой. Ни бабушка, ни он, ни Наташа, а я. Ее мама.

Мы вошли в палату. Ноги меня почему-то не слушались. А когда я заметила в углу детскую кроватку, два монитора и много медицинского оборудования, стоящего рядом с ней, у меня перехватило дыхание и сильно зашумело в ушах.

— Это необходимо. Не пугайся. Она чувствует себя хорошо, — сказал Максим, увидев, как я побледнела.

— Добрый вечер, — едва шевеля губами, я поздоровалась с Валентиной Петровной и на ватных ногах приблизилась к кроватке.

Лида не спала, играла с куклой и не обращала на нас внимания. Со стороны она походила на хрупкую и изящную фарфоровую статуэтку.

— Привет, — малышка подняла светлую головку и посмотрела на меня бездонными голубыми глазами, а я схватилась руками за край кроватки.

Мое сердце замерло.

Как же она была похожа на Максима разрезом глаз и пухлыми губами. Я проморгалась, чтобы не заплакать и наклонилась к Лиде. Взяла малышку на руки, а она нахмурилась, наблюдая за мной настороженным взглядом. Мы рассматривали друг друга несколько секунд, а потом я не удержалась: прижала девочку к себе и крепко обняла. Втянула запах ее волос и поняла, что не хочу выпускать ее из рук. Хочу всегда быть рядом с ней и не позволю никакой болезни отнять у меня эту важную и нужную частичку моей жизни. Никому больше не позволю этого сделать.

Весь мир замер в это мгновение. Я вдыхала ее запах, чувствовала тепло маленького тельца и не могла поверить в свое счастье. Моя дочь…

— Я тоже хочу, Максим. Мама, дай посмотреть на сестренку и потрогать ее за ручку. Пожалуйста!

— Только недолго, — раздался голос Валентины Петровны. — Ей сейчас нежелательно много контактов и эмоций. У нее скоро операция.

— Мы чуть-чуть, — пропищала Дина и широко улыбнулась своей фирменной улыбкой.