Я тебя не помню

 Несмотря на то, что мне безумно хотелось его увидеть и почувствовать поддержку, я не могла так рисковать. От Беляева я узнала, что на следующей неделе состоится первое слушание в суде и очень надеялась, что Глебу дадут реальный срок за все его махинации с Лавровым. Возможно тогда мы ненадолго вздохнем с облегчением и получим небольшую передышку. А пока нужно запастись терпением и ждать.

42

Надя— Как ты себя сегодня чувствуешь?

На утреннем обходе ко мне зашла Луиза, и принесла булочки с изюмом к чаю. Измерила мне давление и заставила улыбнуться.

— Спасибо за капельницы. Они очень мне помогли, — я перевела взгляд на бумажный пакетик с выпечкой. — Меня теперь почти не тошнит, а сейчас текут слюнки от одного этого запаха. Даже не верится, что снова могу все кушать!

— Ну вот и хорошо. Нужно было еще раньше обратиться к нам в клинику. Зачем дотянула до истощения?

— Так получилось, — я пожала плечами. — А почему меня сегодня перевели в другую палату? Я в курсе сколько это стоит. Твоя инициатива?

— Не совсем, — улыбнулась она, положив тонометр в тумбочку. — После обеда сходим на УЗИ. Хочу сама лично убедиться, что с тобой и малышом все хорошо. Какой говоришь у тебя срок?

— Около десяти недель.

— Десять недель… — задумчиво повторила она. — Скоро уже второй триместр. Это хорошо.

— Погоди… — меня вдруг озарила догадка, а в ушах зашумело от проведенных параллелей. — Ты же ведь не звонила Глебу? Скажи, что ты этого не делала!

— Надя, — она строго посмотрела на меня. — Успокойся. Никому я не звонила. Не нужно так переживать. Все. Пей чай, а я зайду за тобой через часик. Посмотрим на твоего малыша. И давай мне тут без нервов. Хорошо?

Мне ничего не оставалось, как успокоиться. Я ведь мечтала поскорее вернуться к Дине. Меня мучила совесть, что она снова осталось на Кате. Не представляю, как бы справилась без ее помощи в такой сложный для себя период.

Перекусив, я поднялась на ноги и подошла к окну. Погода стояла солнечная, так хотелось выйти на улицу и прогуляться. Голова у меня больше не кружилась, а боль в висках тревожила меньше. Тошнота сошла на нет. Это ли не счастье? Знала бы, что капельницы оживят меня, то еще раньше записалась на прием к врачу.

— Ну что? Готова? — Луиза заглянула в палату через час. — Идем?

— Да, — неуверенно отозвалась я. — Хотя, стой… Ты же не звонила Глебу? Правда?

Подобные сюрпризы вполне смогли бы довести меня до обморока или инфаркта. От одной этой мысли становилось не себе.

— Надя, — рассмеялась Луиза и обняла меня за плечи. — Не звонила я никому. Идем. Мы же с тобой давно дружим. Зачем мне тебя обманывать?

До кабинета ультразвуковой диагностики я шла, словно под дулом пистолета. Меня не покидало чувство, что Барышникова о чем-то мне не договаривала.