Я тебя не отпускал

Оттягиваю, заставляя изогнуться. И впиваюсь в губы. Наши стоны смешиваются. Её глаза закатываются, ресницы порхают. И когда она вздрагивает в моих руках снова, я неожиданно взрываюсь следом. Едва успевая выскользнуть из сладкого плена. Заливаю её своим кайфом.

Ну, блять… Мы ж только начали!

Разворачиваю, заглядывая в шокированные глаза.

— Всё хорошо, — целую в нос в порыве нежности.

— Черкасов… — облизывая пересохшие губы, округляет глаза. — Вы — животное!

— Простите, моя королева! — смеюсь я, пожимая плечами. — Не всегда.

Прикасаемся губами. Веду кончиками пальцев по бёдрам. Они до сих пор подрагивают. Какая прелесть!

— Я больно не сделал?

— Ну… Я пока не поняла, — сглатывает она.

Подхватывая под бёдра, поднимаю. Обнимает меня, я тону лицом в пышной груди. Щеки пачкаются в молоке. И теперь мне хочется урчать как коту от этого запаха и ощущения!

Медленно несу её в душ.

— После — обещаю животным не быть!

— Усмирите свои аппетиты, — бормочет она. — Я хочу выжить.

После душа, я кормлю её из рук, не позволяя закрываться от меня одеялом. Мои глаза тоже голодали…

Обвожу кусочком сыра вишенку соска, прикасаюсь им к пухлым губам, сжимая его между пальцами. По маленькому кусочку скармливаю ей, играя как с киской.

— Оближи мои пальцы…

Отдаю кусочек.

— Раздвинь бедра…

Ещё один.

— Шире…

Ещё.

— Покажи язычок мне.

Мхм…

— Оближи свой пальчик… Правда, вкусно?

Хватая подушку, прячет в ней лицо, падая ко мне на колени.

Смущается… Я глубоко наслаждаюсь каждым моментом и деталью. Моя женщина… Самая… Единственная… Люблю! В этот момент я не животное. Сердце трепещет гораздо тоньше! На совсем других частотах.

Не торопясь расплетаю косу. Рисую пальцами на затылке, на голых плечах. Её глаза закрыты.

Телефон мерцает на тумбочке. Дотягиваюсь. Несколько пропущенных. Из больницы. Смс…

«Мы сделали всё, что смогли, но Альберт Маркович получил обширный инсульт час назад. Дыхательный центр угнетен. Он на препарате жизнеобеспечения. Нам нужны инструкции родственников. В себя он уже не придёт. Мозг мёртв»."

"Закрываю глаза. Всё…

Слышу, как Злата равномерно сопит. Тихонечко выбираюсь из постели. Накрываю её одеялом, притушиваю свет. Одеваюсь, уезжаю в больницу.

Глава 25. «Теплый»

Стоя в палате отца жду его врача. Прибор жизнеобеспечения пикает. Кислород надувает грудную клетку. Но отца больше нет… Я был давно к этому готов морально. Но какое-то детское чувство пустоты и потери почвы под ногами всё равно догоняет меня.

— Демид Альбертович…

— Да. Как это произошло? Почему?

— На фоне противоопухолевой терапии.

— Подробнее.

— Снижающие свёртываемость крови препараты. Сосуды не выдержали и вот.

— Почему не выдержали?

— Кто знает? Мы не Боги. Ваш брат приезжал с женой. Спорил с отцом, — Косится на меня.