Я тебя не отпускал

Чувствую, как обнимает…

Сердце гулко бьется. Веду ладонями по тонкой талии, стягивая под ягодицы мягкие свободные штаны. И опять переворачиваю её на себя. Я тяжёлый…

Мои ладони ложатся на округлую попку. Трусики у неё хлопковые… Это ощущение чистоты играет на всех моих чувственных струнах. Без него теперь желание к женщине внутри меня больше не рождается. Сжимаю, подтягивая еë чуть выше. Утыкается мне носом в ухо. Равномерно сопит…

Мне чувствительно и остро от касания ее губ к кромке уха. Снова уносит в сны. Они раскаляются! Мне снится надсадное дыхание… Движение бедер… Как член погружается в розовую плоть… Это влажное, тугое ощущение… Касание языками… Вкус мокрой соленой кожи… Запах возбуждения, отрывающий крышу!

Распахиваю глаза от того, как остро и нестерпимо сводит пах.

С шипением сжимаю зубы, вколачиваясь затылком в подушку. Дыхание не слушается. За окном ещё темно. Снова закрываю глаза. В ушах стучит пульс. Её рука лежит у меня на груди. Прижимаю сверху своей и медленно веду по телу вниз.

Я не хочу больше никаких разговоров до того, как возьму еë. И мне и ей от них не станет легче. Отношения можно выяснять до бесконечности. Разве в этом смысл? Смысл в том, чтобы она хотела жить в этом мире и… меня!

С хищным животным урчанием впиваюсь в изгиб у основания её шеи. Вздрогнув, напрягается. Но я уже дорвался. Хрен меня что остановит. Лучше бы тебе расслабиться, моя девочка.

Облизываю жадно место поцелуя и впиваюсь снова, скользя зубами.

Хочется растерзать за пару мгновений, расслабиться, кончить глядя в глаза. Пометить, присвоить, впечатать себя в неё!..

А потом не торопясь трахать пару часов во всех позах.

Бля-я-ять…

Съем сейчас!

Встаю с кровати, запираю дверь. Делаю из бутылки несколько глотков вина. Расстегиваю брюки, они летят на пол. Перешагиваю.

Злата рывком поднимает застывший взгляд с моего рвущегося в бой члена на моё лицо. Дергаю вопросительно бровью.

— Я хочу пить… — настороженно отползает она дальше, вжимаясь в спинку кровати спиной.

Взмахиваю бутылкой вина, она отрицательно качает головой.

Не-е-ет… Ничего не получится у тебя. Я никуда не пойду. Забираю половинку мандарина.

— Мандариновый сок? — хриплю я, скользя по ней взглядом.

Закидываю в рот дольку, медленно жуя, подхожу к изголовью кровати.

— Разве он есть?… — шепчет она подозрительно.

Поднимаю за подбородок её лицо.

— Сейчас будет. Открой рот…

Заторможенно и послушно размыкает пересохшие чувственные губы.

С тихим нетерпеливым стоном, выдавливаю пальцами ей в рот несколько долек, сок пачкает ее лицо. Это просто кипяток!

— Рррр…

Впиваюсь поцелуем в этот манящий рот.

Глава 17. Всё так…

Мне кажется, я ещё не проснулась. И не могу до конца сообразить, что здесь делает Демид.