Я тебя не отпускаю

С деньгами, благодаря работе на меня, тоже.

Внезапно меня обжигает мыслью!

Если Амина в ответ заинтересуется Тимуром, это будет мне только на руку.

Перетасовать переменные в нашей ситуации и предложить Кайсарову новую сделку.

Женить Амину на Тимуре, а все наши прочие сделки останутся в силе. Разумеется, нужно будет постараться, приложить максимум красноречия, чтобы обойтись без ссор и скандалов.

Может быть, даже часть активов Тимуру подогнать придётся, чтобы тот выглядел желанным женихом в глазах Кайсарова.

Мысль настолько захватывает меня, что я пролетаю через двор и влетаю в загородный дом, не замечая деталей."

"Не вижу перед собой ничего, а стоило бы.

Стоило бы обратить внимание на бутылку вина, лежащую на столе, и разбитый бокал. На женские кружевные трусики…

Мечты о счастье туманят разум и приглушают голос интуиции, а он во всю мощь вопит мне:

– Обернись! Обернись!

Я всё же оборачиваюсь.

Но уже поздно.

Слишком поздно…

Глава 21

Ринат

На миг я теряю равновесие от сильного удара в грудь. Громкий хлопок и меня даже на расстоянии слетает в сторону. Крови нет, только тупая боль. Выстрел был сделан резиновой пулей. Больно же, чёрт! Как будто кувалдой разворотили грудную клетку.

На несколько секунд спирает дыхание, и затылок пронизывает жгучей болью. Кажется, при падении я налетел головой на угол стола.

Сознание пропадает на несколько секунд.

Когда оно возвращается, накатывает волнами кошмар и осознание происходящего.

Я не могу пошевелиться, а глотку льётся спиртное.

Начинаю выбиваться из крепкой хватки. На миг удаётся скинуть одного из тех, меня держит. Отплёвываюсь от спиртного, пытаюсь разглядеть, что происходит.

– Живее! – приказывает знакомый голос. – Втроём справиться не можете, придурки. За что я вам плачу, уроды?!

Сазонов Вадим.

Бросаюсь почти вслепую в направлении его голоса. Глаза жжёт из-за выпивку, которой плеснуло в лицо, когда вырвался.

Меня подсекают и валят на пол, лицом вниз. С большим трудом приподнимаю голову. Теперь она находится на уровне начищенных до блеска мужских ботинок. Они медленно приближаются в мою сторону и замирают на расстоянии метра-двух.

– Я же говорил, что ты пожалеешь. Отпустите. Дайте посмотреть ему в лицо, – командует ублюдок.

Меня отпускают ровно настолько, чтобы я мог поднять голову от пола и посмотреть в лицо человека, убить которого я мечтаю больше всего на свете.

– Здороваться не буду. Тем более, скоро придётся попрощаться. Надеюсь. На этот раз окончательно. На третий раз должно получиться! – смеётся Сазонов.

– Я подозревал, что за всем этим стоишь ты. Но не мог подобрать ниточки. Ты хорошо избавляешься от следов!

– И от лишних людей тоже… Ты должен был исчезнуть сразу же, как только тебя погнали, как паршивую овцу из-за сделанных тобой долгов.