Я тебя не отпускаю

Может быть, с такими, как он, действовало то же правило, что и с агрессивными псами?! Не стоит выдавать волнения и нельзя делать резких движений. Но сама я потихоньку пыталась вытащить телефон из кармана джинсов.

– Не стоит! – пригрозил мне незваный гость и сдвинул в сторону край куртки.

Возможно, мужчина хотел пригрозить мне рукоятью пистолета, который торчал из-под резинки рваных джинсов, очень низко сидящих на бёдрах. Но я увидела золотистую кожу и плоский, мускулистый пресс из-за задравшейся футболки и пятно крови, ползущее по белоснежной ткани

– За твоей спиной служебка? Проводи меня туда, будь хорошей девочкой.

Как такового выбора у меня не было. Я медленно двинулась в сторону, открыла дверь и включила свет. Помещение было крошечное, я сдвинула стул в дальний угол и показала парню на него.

– Всё, что есть.

– Аптечка имеется?

– Да, но там немного совсем. Зелёнка и пластырь. Даже бинта нет.

– На, – мужчина вытянул из кармана куртки смятые купюры и сунул мне в руку. – Здесь, за углом аптека. Сгоняй. Возьми, что надо. Бинт, пластырь, клей медицинский…

– С чего ты взял, что я побегу?! – возмутилась я.

Незнакомец был ранен, но у него хватило сил обхватить меня за шею пальцами, дёрнут на себя и прошептать на ухо:

– Ты же хорошая девочка и очень красивая. Сделай одолжение. Будь добра… Мне нужно час или полтора, пока мои приятели подвалят. Не звони ментам и, если кто спросит, ты меня не видела, а взамен… – он с трудом перевёл дыхание. – Я тебе месячную выручку сделаю. Хозяин будет в восторге.

– Ты? Месячную выручку? С трудом верится!

– Час-полтора. Максимум… Я держу свои обещания, – сказал и повалился на стул мешком.

* * *Когда я вернулась из аптеки, мужчина едва ли не отключился. Но попытался придать себе уверенный и бойцовский вид, хоть потерял немало крови – вся футболка промокла и джинсы тоже, даже на пол накапало.

– Молодец, – похвалил меня. – Теперь оставь это и иди работай…

– Ты сам вряд ли справишься, – с сомнением произнесла я, глядя, как незнакомец пытается достать до раны. – У тебя глубокая рана?

– Меня порезали и выбили правое плечо. Я правша. Не очень удобно.

– Я помогу.

– В обморок грохнешься.

– Постараюсь не упасть. Покажешь?

У меня не было страха крови, к тому же почти равнодушный, уверенный вид парня, находящегося на грани обморока, действовал на меня как укол успокоительного, притуплял страх.

К тому же это было событие, выходящее из ряда вон, скрасившее однообразные ночные смены. Я присела на корточки рядом со стулом, осторожно сняла с мужчины куртку и разрезала футболку ножницами.

– Меня порезали. Противно… Но жить точно буду. К тому же, я уже позвонил своим, – объяснил он, поморщившись, когда антисептик обжёг рану. – Скоро меня заберут.