Я тебя не отпущу (СИ)

— Ника? А ты что здесь делаешь?

Если бы не знал, как сильно Диана любит нашу дочь, подумал бы, что она ревнует.

— Плывет, мама, — сонно ворчит ребенок и ныряет носом ко мне под мышку.

— Не смотри так! — спешу оправдаться. — Для меня это такой же сюрприз, как и для тебя.

— И давно... она здесь? — с заминкой произносит Диана.

— С полчаса. Точнее не скажу. Слишком тихо подкралась, я не слышал.

— Нормально... — Диана переводит взгляд на дочку. — Как это понимать, молодая леди? — Она пытается быть серьезной, но сверкающие глаза выдают ее с потрохами.

— И я хоцу спать с папой.

Ника кладет свою маленькую ручку на мою грудь, будто обнимает.

— А как же твоя любимая комната и новая кукла?

— Папа тофэ новый.

— Папа старый, просто его долго не было, — не щадит меня Диана.

— Мофешь спать с Яей. — Щедрость нашей малышки знает границ.

— То есть ты предлагаешь мне спать в твоей комнате с твоей куклой, а сама будешь здесь с папой?

Диана грозно выгибает левую бровь, но уже в следующую секунду, не сдержавшись, начинает смеяться. Возвращается ко мне под бок.

— Видишь, какая она упрямая?

— Хорошие у Ники гены. Вся в папу. — Наклоняюсь и целую дочь в макушку.

— Иногда я жалею, что ей совсем ничего не досталось от тихой и спокойной мамы. — В голосе Дианы больше не слышно веселья.

— Зато ухажерам будет непросто, — стараюсь подбодрить я и тут же вспоминаю о ночном звонке.

***

После операции по эвакуации из кровати и сытного завтрака с трудом заставляю себя убраться за порог этого дома. Несмотря на шум, беготню и разбросанные игрушки, мне здесь лучше, чем у себя, в идеальном порядке и абсолютной тишине.

Пожалуй, если бы не звонок Евы, до обеда просидел бы в детской комнате, позволяя лазить по мне, как по горе, и договорился бы о следующей ночевке — на коврике возле маленькой розовой кроватки. Но дела не ждут.

Простившись со всеми жительницами, я сажусь в машину. Пока водитель выруливает из поселка, делаю три звонка.

Первый, самый короткий, — Ярославу. От него нужно лишь одно — через час быть в офисе, в моем кабинете.

Второй — начальнику службы безопасности. Не вдаваясь в подробности, рассказываю Валере о ночном разговоре и прошу ввести бывшего охранника, Николая, в курс наших дел.

Третий — самому Николаю.

За два года я поменял почти весь персонал службы безопасности. Одни работники перестали внушать доверие. Другие не подходили по квалификации для нового проекта. Третьи — завалили проверку на полиграфе, которую им устроил начбез.

Из прежних бойцов остались единицы. А из профессионалов высокого класса, умеющих одинаково эффективно добывать информацию и защищать, — только один человек. Мой личный телохранитель, отпахавший два года рядовым водителем у дядьки.

— Я отошел от оперативной работы.