Я тебя не отпущу (СИ)

Не женщина, а тягучая лава. Без костей и мышц, с пульсирующим кратером в районе грудины.

— Я скоро вернусь. Не отключайся. — Клим выпускает из кольца своих рук, только когда я успокаиваюсь и начинаю зевать.

— На большее я сегодня не способна. Даже не надейся, — с улыбкой шепчу в ответ.

— Мне кажется, ты себя недооцениваешь, — хищно улыбается этот ненормальный и, сверкая упругими ягодицами, спешит в сторону ванной.

По-хорошему, можно расслабиться и даже заснуть. Однако стоит услышать шум воды, и у меня будто открывается второе дыхание.

Слегка пошатываясь на нетвердых ногах, иду следом за Климом, толкаю в сторону дверцу душевой кабины и опускаюсь на колени.

— Не нужно, — заметив меня, хрипит он и еще быстрее двигает ладонью по члену.

— Сеанс терапии закончился. — По одному, медленно и настойчиво разгибаю сильные пальцы. — Теперь я могу делать, что хочу.

Справившись, убираю его руку и обхватываю губами крупную налитую головку. Настоящее совершенство, словно созданное дарить удовольствие.

— Ты могла просто отдохнуть. — Клим дергается всем телом.

С тихим шлепком бьет ладонью о стену перед собой и до проступивших желваков стискивает зубы.

— Мы отдохнем. — Мажу языком по уздечке. — Вместе."

"— У меня инфаркт от твоего рта будет.

Он смотрит таким диким, животным взглядом, что внизу живота приятно ноет.

— Постарайся выжить.

Я собираю во рту столько слюны, сколько могу. Поднимаю глаза на красивое лицо своего мужчины и делаю то, чего не делала уже много лет.

Наверное, впервые в жизни с таким удовольствием. Кайфуя от своей власти над этим идеальным самцом. Задыхаясь от наполненности и тесноты.

***

Сон после потрясающего секса — особая форма существования. Я и опустошена, и наполнена. Вроде бы прежняя и другая. Лежу, пряча улыбку в подушку и чувствуя на себе горячие руки Клима.

Он медленно гладит меня по бедру и шепчет на ухо всякие непристойности. Удовлетворенный и счастливый Хаванский — почти незнакомый мне человек.

Сколько себя помню, с ним никогда не было просто. Клим вечно оставался загадкой. Хмурым, мрачным типом, играющим чужими судьбами как фигурами на шахматной доске.

Все пять лет брака я переживала во время каждой нашей встречи и не знала, куда деться, когда он сверлил меня внимательным взглядом голубых глаз.

Тот Клим Хаванский был запретным и чужим. Мистер Опасность. Нынешний... Я готова кошкой мурлыкать от любого его пошлого обещания и ничего не могу поделать с предательской влагой на глазах.

Это даже не «хорошо», это что-то другое. Глубже, основательнее и ярче. Не объятия, а лечебный кокон, сквозь который не в силах пробиться никакой кошмар.

«Теперь все будет хорошо!» — Именно с этой мыслью закрываю глаза.

«Господи, как же я его люблю!» — признаюсь себе, засыпая.