Я тебя не отпущу

— А утром ты к нему ездил?

— Догадливая ты.

— Не убил?

— Даже не покалечил, — судя по выражению его лица, очень хотел, но сдержался.

За своими мыслями не заметила, как из кабинета вышла довольная Кнопка и с улыбкой протянула Роме снимок УЗИ. Тот внимательно рассматривал искомый, ничего не понял, но вежливо кивнул.

— Буба, смотри, какой маленький.

— Здоров?

— Все в пределах нормы. Буб, я решила ехать к няне, — отведя глаза, сообщила Кнопка. — Я вам мешать не хочу, а няня одна живет и мне рада будет. Я уже позвонила ей. — Роман пожевал губами, посмотрел на меня и кивнул:

— Завтра с утра поедем.

— Кто такая няня? — заинтересовалась я.

— Наша воспитательница из детского дома. Она на пенсию ушла и живет одна в деревне, — объяснил Рома, пока Кнопка восторженно рассматривала снимки. — Поехали. В магазин за фруктами и домой, тебе отдыхать нужно, — смотря на Кнопку, решил Рома.

Остаток дня прошел спокойно. Кнопка проспала почти весь день, изредка выходя в кухню, чтобы пожевать один единственный сухарик. Мы с Романом несколько раз уезжали — в родительский магазин и автосервис.

Поздно вечером мне позвонила Даша с просьбой заменить ее на следующий день — заболел ребенок, а Вера занята. Пришлось соглашаться и рано утром ехать в родной город. Рома привез меня к магазину, поцеловал и уехал отвозить Кнопку в деревню.

Я вошла в помещение, включила свет и отключила сигнализацию. Пересчитала кассу и принялась ждать первых покупателей, занимаясь текущими делами.

В момент, когда я шла из подсобки с ящиком алкоголя, в магазин вошли двое. Все словно в замедленной съемке — два парня с бейсбольными битами, вошли в магазин, чуть пошатываясь. Глаза мутные, злые… Один из них запер магазин изнутри, другой оглядывал помещение, поигрывая битой. Гоша, неудавшийся отец ребенка Кнопки и тот самый Лом, которого постоянно «песочил» Рома.

Я открыла рот, вцепившись в ящик и приросла к полу от страха. До тревожной кнопки, которая встроена в витрину, я добежать не успевала — Гоша перекрыл путь, глядя на меня как на таракана, словно раздумывая — отравить или просто затоптать.

— Привет, красавица, — язык Гоши заплетался, а меня обдало ароматом жуткого перегара — попалась, — Я просто стояла и смотрела, соображая что делать. Лицо Гоши все было в кровоподтеках, оба глаза заплыли под огромными синяками, губа разбита. Он периодически хватался за правый бок при ходьбе. Неплохо его Роман отделал.

— Что вам нужно? — неуверенно спросила я, — забирайте деньги и уходите.

— Заберем, конечно заберем, — пообещал он, глумливо оглядывая меня с ног до головы.

— Что ты с ней сюсюкаешься? — подал голос Лом, — видишь ли, красотка, к тебе лично у нас претензий нет. А вот к мужику твоему…, - он покачал головой, — предупреждали же вас обоих.