Я тебя накажу

— Ногами шевели! — он больно сжал мой локоть и, переступая через Димку, который лежа на полу поскуливал от боли, направился к двери.

— Что б ты….

Замолкая сразу, как только его рука оказывается на моем затылке и сжимает так, что у меня получается только пискнуть. Мужчина делает так, что я смотрю прямо ему в глаза и даже не могу отвернуться.

— О.… обо мне мы еще поговорим. Как и о тебе. Можешь не сомневаться! — наклонившись, произносит мне эти слова на ухо и меня окутывает облаком его аромата.

— Зачем ты пришел? К чему весь этот цирк? Тебе же плевать на меня! — как же я хочу услышать, что нет, ему не плевать. Но этого не будет, он никогда не скажет ничего подобного.

— Пришел вернуть тебя домой, пока ты сгоряча не трахнулась с кем попало, — он сквозь зубы цедит мне в ответ.

— А тебе какое дело? Ты сегодня ясно дал понять свое отношение ко мне, — продолжаю сбегать по лестнице следом за ним. А сама хочу забыть тот позор, из-за которого я, сорвавшись среди ночи, поехала к Димке, чтобы переспать с ним.

— Пока ты живешь в моем доме и находишься под моей опекой, я не позволю стать тебе гулящей девкой.

— Кому давать, когда и где — это моё дело! И Дима — мой парень.

— Дима, — выплюнув сквозь стиснутые зубы, — станет поклонником костылей с твоей помощью.

Ты думаешь, что кроме него желающих не найдется? — продолжаю намеренно его злить, хочу вывести из себя.

Ссора выходит яркая, шумная… Некоторые жильцы даже высовываются из своих дверей в поиске источника шума.

— Места в больнице хватит всем. А теперь закрыла рот и залезла в машину, — чуть ли не за шиворот Глеб подталкивает меня к своему автомобилю.

— Я не…

— Еще одно слово и я вернусь назад и сделаю так, что твоему сосунку никто не сможет помочь, хочешь?! — хватает меня за руку и резко разворачивает к себе.

— Придурок…, - шиплю в его лицо. Глеб сейчас стоит так близко ко мне, что я ощущаю жар его дыхания на своей коже.

— Ты и этот поток бесконечного бреда начинает меня утомлять, — произносит уставшим тоном и это меня взрывает за секунду.

— Хорошо, ладно… сейчас я этого не сделаю. Но наступит завтра, наступит послезавтра.

— И ты ничем меня не удивишь, как и всегда."

"— Когда-нибудь настанет день, когда тебе надоест или ты потеряешь бдительность. И вот тогда мне уже будет неважно с Димой ли, или с Васей, или с Петей, или с Костей, Гришей, Сашей, Пашей… лишь бы тебе на зло! Слышишь? Я все равно это сделаю. Тебе. На. Зло.

— Рискни. И ты узнаешь, насколько я могу быть жестоким. Ты думаешь, что знаешь меня, девочка? Ты ошибаешься. Сделай это. И ты пожалеешь о том, что даже подумала об этом. — Притягивает меня настолько близко к себе, что наши губы практически соприкасаются. Но это снова мои фантазии. Снова я придумываю то, чего нет.